22.10.2012 | Конфликт

Крепость Белгород на Днестре. История лжи

Недавно в древнем Белгороде-Днестровском произошли события, претендующие стать значительными вехами в культурной жизни Одесского региона. Речь — о круглом столе, связанном с Белгород-Днестровской крепостью.

А также — о презентации книги «Крепость Белгород (Аккерман) на Днестре. История строительства»…

ЦЕЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ СРЕДСТВА?

«Фортеця Бiлгород (Акерман) та османська спадщина пiвденного заходу України» — именно так, по утверждению официального сайта Белгород-Днестровской мэрии, именовалось прошедшее мероприятие. Ссылаюсь на сайт, так как на круглом я столе не присутствовала. На это мероприятие не были приглашены ни сотрудники Института археологии НАН Украины, которые на протяжении многих лет проводят раскопки на памятнике, ни специалисты-реставраторы, занимающиеся возвращением к жизни средневековых памятников, ни специалисты Управления охраны памятников культурного наследия Одесской обладминистрации, ни представители Департамента культурных ценностей и культурного наследия Министерства культуры Украины…

Серьезные ученые и специалисты в деле охраны и изучения исторического культурного наследия, непосредственно занимающиеся Аккерманской крепостью и изучающие ее постоянно, не подходили для спектакля, который разыгрывался в рамках «круглого стола». Настрой участников, умело подготовленный устроителями мероприятия, позже проявился в интервью, взятых у некоторых из них. Настрой был совсем безрадостный и касался… начавшихся работ по приведению разрушающейся Аккерманской крепости в порядок. Как, на территории уникального древнего памятника что-то собираются копать и строить? Ай-яй-яй!

Такая реакция вполне понятна. Устроители круглого стола «забыли» проинформировать его участников, среди которых было немало достойных и уважаемых людей, о том, что действительно начатые строительные работы по проведению в крепость, например, воды, или обустройство в крепости давно необходимого туалета, долго и нудно согласовывались со всевозможными специалистами, были задействованы все инстанции, от местных городских до Министерства культуры Украины. От собравшихся тщательно скрывалось, что проекты работ не просто согласовывались (увы, сегодня получить «согласие» можно и на то, что согласованию не подлежит), но — все они прошли специальные экспертизы. А программа развития крепости (в рамках которой и проводится в крепость и канализация, и водопровод, и нормальный туалет для туристов делается) представлялась на суд специалистов и общественности неоднократно. В последний раз это происходило в июле этого года: на территории Аккерманской крепости в присутствии журналистов, представителей городского совета, облгосадминистрации, Департамента культурных ценностей и культурного наследия Украины были презентованы (очень подробно) проекты по обустройству и спасению крепости.

Но, повторюсь, информировать об этом участников круглого стола в замыслы его организаторов не входило. Цель их была другая: получить поддержку своим действиям, направленным как раз против реализации программы спасения и развития уникального памятника — Аккерманской крепости.

Зачем устроителям конференции, то есть властям Белгорода-Днестровского, это было нужно? Все просто — они очень хотят вернуть памятник под свое управление, чтобы областная власть где только возможно изыскивала средства на первоочередные противоаварийные работы в крепости, а власть города в это же время спокойно крепость эксплуатировала, изымая все заработанные средства в свою пользу (как это когда-то и было).

Сейчас остается только жалеть, что присутствовавшие на конференции известные молдавские исследователи М. Шлапак и Н. Русев, украинский историк В. Филас и многие другие оказались пешками в нечистоплотной игре местной мэрии: их, как и многих других участников конференции, попросту обманули, представив работы, проводимые в крепости, как «самовольные», не согласованные ни с историками, ни с археологами, ни с иными «заинтересованными» организациями, ни, наконец, с… чиновниками самого Белгорода-Днестровского!

Впрочем, прошедший круглый стол забудется довольно скоро, специалисты, да и просто неравнодушные граждане, искренне озабоченные судьбой Аккерманской крепости, разберутся, кто действительно пытается спасти памятник, а кто хочет на нем просто нагреть руки… Но что останется после мероприятия — это презентованная на круглом столе книга А. Красножона «Крепость Белгород (Аккерман) на Днестре. История строительства». Ведь «что написано пером…» Ну, дальше вы знаете.

И ВДРУГ ПОЯВЛЯЕТСЯ ПРЕПОДАВАТЕЛЬ ИСТОРИИ…

— К глубокому сожалению, книга А. Красножона не стала новой страницей в истории исследования такого интереснейшего памятника нашего региона, как Белгородская крепость, — резюмирует, прочитав изданный труд, доктор исторических наук, ведущий сотрудник Института археологии НАН Украины И.В. Сапожников. — Она разочаровывает не только легковесностью и бездоказательностью выводов, в ней заключенных, но и крайне низким уровнем профессиональной подготовки автора.

— Книга характеризуется полным отсутствием научной этики, — считает доктор исторических наук, член национального комитета ИКОМОС С.А. Беляева. — А. Красножон без разрешения позволил себе фотографировать и публиковать чужие раскопы, находящиеся в процессе исследований, даже критиковать других ученых за некачественные чертежи, не разобравшись, что в археологии принято информировать и о начальных этапах раскопок памятника, а затем уже публиковать его полностью. Также приходится отметить, что А. Красножон крайне выборочно относится к историографии, и, видимо, не знаком, по крайней мере, с десятками публикаций сотрудников нашей экспедиции и других исследователей, вышедших в Украине и за рубежом.

Действительно, книга А. Красножона — это довольно объемное издание в хорошем твердом переплете. Собственно, этим и исчерпываются положительные стороны данной книги.

На первый взгляд — это всеобъемлющий солидный труд с большим числом пусть и некачественных, но фотографий. В издании присутствует и попытка рассмотреть и проанализировать источники, и обобщить археологические и архитектурные изыскания. Автор даже создал свою «строительную» периодизацию крепости. Дан и исторический очерк…

Нет возможности сейчас остановиться на всех несуразностях и нелепостях данной работы, на всех ошибках, которыми она изобилует. Это будет сделано в соответствующей рецензии, направленной в научные издания. Остановлюсь лишь на самых вопиющих моментах, которые свидетельствуют о некомпетентности автора, его слабой, если не сказать — ничтожной профессиональной подготовке.

Кем автор себя считает, если взялся за это архитектурное исследование? Архитектором? Археологом? Может быть, специалистом в деле реставрации? Боюсь, что он не может претендовать на роль знатока в этих отраслях. Закончив Педагогический университет, А. Красножон является преподавателем истории. Он не участвовал ни в одной значительной археологической экспедиции и не имеет соответствующей квалификации, не заканчивал архитектурный институт, не получал специальности реставратора. Тем не менее, посещая эпизодически крепость, где он проводил с 2007 г. всего по несколько дней в году, А. Красножон, оказывается, и обмерный план крепости успел сделать, и провел полный архитектурный анализ сооружений крепости, и создал строительную периодизацию… Удивляешься его редкой трудоспособности. И это все, повторюсь, при полном отсутствии соответствующих знаний и квалификации.

В свое время над созданием обмерных планов крепости сотрудники института «Укрпроектреставрации» трудились несколько лет. Около десяти лет международная археологическая экспедиция Института археологии НАНУ под руководством С. Беляевой занималась исследованием сооружений крепости. В рамках ее работ были сделаны и обмерные работы, которые проводили специалисты-архитекторы. Свою лепту в изучение крепости внесла и Белгород-Тирская экспедиция Института археологии НАНУ.

И вдруг появляется преподаватель истории: пробежался по крепости, что-то сфотографировал, что-то померил. При помощи соответствующих компьютерных программ и компиляции материалов, созданных и опубликованных другими исследователями, и — состряпал нечто, претендующее на «новое слово» в исследовании такого сложнейшего объекта, как Белгородская крепость.

В каких архивах Украины, России, Румынии, Турции Красножон работал? Может быть, он проверял свои фантастичные теории о строительстве и перестройках на крепости при помощи данных археологии? Или, может быть, были задействованы естественнонаучные методы?

Боюсь, что на эти вопросы ответы будут только отрицательные. Автор не затруднял себя тяжелым кропотливым трудом по исследованию источников. Зачем? Что-то взято из трудов Н. Русева, что-то извлечено из работ М. Шлапак, что-то автор списал у С. Беляевой…

Причем автор не удосужился хотя бы прочесть все те работы, которые написаны по данному вопросу. Например, он ссылается на ранние работы С. Беляевой и других членов ее экспедиции, но, вероятно, совершенно не знаком с ее поздними работами, или ему невыгодно на них опираться, так как это может умалить достоинства его эпохального труда.

Попутно замечу, что А. Красножон нарушил мои и С. Беляевой авторские права, опубликовав без нашего ведома и разрешения фотографии наших археологических раскопок, недостоверно их интерпретируя, и вводя читателей в заблуждение. Но — обо всем по порядку.

ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ МОМЕНТ В КНИГЕ ЕСТЬ!

Начинает автор с анализа источников, которые излагаются по двум-трем публикациям, и становится ясно, что пользуется он чужими интерпретациями, а сами источники, как письменные, так и графические, и в глаза не видал. Попутно Красножон в очередной раз ставит под сомнение необходимость, правильность и профессиональность проведения на крепости реставрационных работ, которые он называет то реставрацией, то реконструкцией, не понимая разницы между этими двумя терминами. (Надо заметить, что после 1945 г. на территории крепости реконструкции не проводились).

Увы, терминология — это одно из слабых мест автора. Не имея даже элементарных знаний в археологии и архитектуре, он не понимает, чем регулярная кладка отличается от иррегулярной, чем архитрав отличается от наличника, что такое субструкция, как выделяются типы кладок, что такое классификация вообще, и т.д.

Кстати, периодически критикуя качество реставрационных работ, которые проводились на крепости, автор пытается убедить читателей, что археологические работы при этом не проводились. Утверждения эти совершенно лживы и задевают честь и достоинство тех специалистов, которые работали. (Даже при проведении наземных работ, которые не были связаны с нарушением культурных слоев, проводились археологические раскопки или шурфовки: при устранение аварийных моментов в наземных частях стен и башен, при замене участков каменного покрытия дворов, при устройстве систем водоотведения… Это касается и башен № 24 и № 29/30, о которых так печалится в своей книге А. Красножон). Такие изыскания (об этом преподаватель истории, очевидно, тоже понятия не имеет) проводились в соответствии с Открытыми листами и Разрешениями Министерства культуры Украины, и все материалы хранятся в архиве Института археологии.

Погружаясь в своих исследованиях в глубь веков, Красножон затронул и античную Тиру (вероятно, вспомнил свой неудачный опыт написания кандидатской диссертации по проблемам античности, которую из-за крайне низкого уровня отказались принять к защите). Тем не менее, на основании незаконного использования (без разрешения автора, т.е. воровства) материалов исследований Белгород-Тирской экспедиции, автор сочинил сказку о существовании античного храма Аполлона в северо-восточной части крепости. Плохо понимая то, что прочел в публикациях, Красножон помещает античную стену на 20 метров южнее ее настоящего местоположения, безо всякого основания чертит улицу (открытую в 2011 году) до нужного ему места и строит храм Аполлона, притягивая за уши материалы работ действительно серьезных исследователей Г. Авакяна и И. Кынди.

Совершенно не выдерживают критики разделы, посвященные так называемой «строительной периодизации крепости» и архитектурному анализу крепости. Здесь и не правильное употребление архитектурных и археологических терминов (что очень важно в научных исследованиях), и изобретение на ровном месте типологии кладок, не имеющие под собой никакого фактического основания, и неграмотное описание архитектурных объектов, и фантазии (ничем не подкрепленные) на тему строительства крепости, изменения ее конфигурации в разные периоды...

Правда, есть положительный момент в книге, есть! Прочитав в прошлом году нашу с С. Беляевой статью, посвященную фантазиям на тему постройки крепости масонами, А. Красножон уже не упоминает об этой своей теории. Правда, таким образом он вытащил краеугольный камень из своей диссертационной работы. И возникает вопрос: чего же стоит эта работа, если по истечении года, без проведения исследований, эта идея (о масонах) была отвергнута автором?

Увы, профессиональная подготовка А. Красножона не позволила ему написать научное исследование. И очень печально то, что положительные отклики на эту работу, оставленные серьезными людьми, но — не археологами и не историками архитектуры, оказали, таким образом, поддержку нечистоплотному в научном отношении человеку.

Татьяна САМОЙЛОВА,
зав. отделом археологии Северо-Западного Причерноморья,
начальник Белгород-Тирской экспедиции Института археологии НАНУ,
кандидат исторических наук,
член Украинского Национального Комитета ИКОМОС.

Справка. Аккерманская крепость — историко-архитектурный памятник XIII – XV веков. Является одной из наиболее сохранившейся на территории Украины. Своими размерами она превосходит все подобные фортификационные сооружения страны. Крепость построена на месте античного города Тира. С трех сторон окружена рвом шириной 10 – 12 м и первоначальной глубиной до 14 м. С севера омывается водами Днестровского лимана.

Общая длина стен — более 2 км. Высота стен и башен — от 5 м до 15 м, толщина — от 0,8 м до 5 м. Между куртинами (частями крепостного вала между бастионами) было 34 башни, сохранилось 26. В крепости есть цитадель (укрепленная центральная часть крепости, приспособленная к самостоятельной обороне, последнее убежище защитников при штурме).

Крепость обладает статусом памятника национального значения. В феврале 2011 года решением Одесского облсовета было создано областное коммунальное предприятие «Фортеця» — для «реализации задач и мероприятий государственных, региональных и местных программ, касающихся охраны, сохранения, реставрации, использования и научных исследований сооружений и территории памятника архитектуры и градостроительства национального значения — Аккерманской крепости в городе Белгород-Днестровский».

Больше об истории и сегодняшнем дне Аккерманской (Белгород-Днестровской) крепости — читайте здесь.

Информагентство "Вiкна-Одеса"

22.10.2012 | Чрезвычайное происшествие

В Одессе погиб водитель мусоровоза «Союза»

Фотогармошка 300х250
Аккерманская крепость
Адвокат