28.01.2019 | Культура

«Красная каска»: Одесский ТЮЗ поставил спектакль о трудностях подросткового возраста

В Одесском Театре юного зрителя им. Ю. Олеши поставили спектакль о трудностях переходного возраста по пьесе Керен Климовски «Красная каска» (Швеция-Израиль).

Кто придумал, что детство – самое счастливое и беззаботное время? Наверное, взрослые, которые забыли, как это – быть ребенком. Как это страшно – взрослеть, когда тебя предает то, от чего никак не ждешь предательства – собственное тело, когда тебя не понимают не только сверстники, но и самые близкие люди – родители...

Осенью 2018 года в театре состоялся Международный конкурс-лаборатория постановок молодых режиссеров «Открытые двери – 2018». Он был организован совместно с продюсерским центром OpenDoors при поддержке Украинского культурного фонда. Одним из победителей лаборатории стал режиссер Александр Баркар (Украина), показавший конкурсный эскиз будущего спектакля «Красная каска».

И вот – постановка на театральной сцене. Пьеса представлена в режиссерской редакции. А. Баркар внес в текст ряд изменений. Некоторые – мелкие, обусловленные сценографией. Сценограф Анастасия Трубникова полностью отказалась от реквизита.

Из декораций на сцене – только гигантский наклонный помост, покрытый белой тканью с красно полосой посредине. Это то стол, за которым собираются герои, то дом Бабушки. Рядом – два огромных стула, на которых сидят Папа и Мама. На стулья, как и на помост, герои поднимаются по лесенкам (ну-ка, взрослые, вспомните, каково это – сидеть на высоченных стульях, когда ноги не достают до пола).

Другие изменения – достаточно существенные, но они не противоречат идее пьесы, а подчеркивают ее, усиливают впечатление.

«Это просто хорошая пьеса. Сейчас не так много хороших пьес, особенно современных. Сегодня, когда хотят сделать остросоциальную пьесу, вытаскивают наружу все пороки, какие только можно. Но мы почему-то забываем, что наша жизнь состоит не только из ужаса. Эта пьеса хороша тем, что в ней не используется матерная лексика, нет каких-то грязных моментов, как в фильмах Валерии Гай-Германики, которая говорит о тех же подростках, но другим зыком. Лично мне этот язык не близок», – рассказывает Александр.

«Я когда-то думала, что не все были детьми, а только лучшие взрослые, а самые противные и скучные взрослые – нет. Они были, например, капустой. Да! Обыкновенной капустой – лежали себе на складе никому не нужные, и вдруг стали противными и скучными взрослыми. А потом нашла старые фотографии: там маленькая мама, и маленький папа – даже они были детьми! Даже они! Мне иногда хочется к ним подойти и спросить: что же с вами случилось? Лучше бы вы были капустой – не так обидно»…

Живет обычная семья – Папа, Мама, 11-летняя Девочка и Бабушка. Собственно, Бабушка живет отдельно, поскольку Папа ее недолюбливает. Девочке живется непросто. Она только вступает в возраст подросткового бунтарства. Родители ее не понимают, как и она их, ровесники не любят и дразнят.

«Я ненормальная, урод! Не люблю фей и принцесс, ненавижу розовый, ношу черное, не смотрю телек, не боюсь пауков, змей и покойников, не смеюсь, когда кто-то падает, не влюбляюсь в мальчиков, не сплетничаю с девочками, и хочу стать пожарником, а это – тупая профессия, и не для девочек! Я и не девочка, и не мальчик, а мутант! Они меня так и зовут: мутант, иди сюда! Мутант, вали отсюда! Только второе они говорят чаще»…

Даже на день рождение к ней никто не приходит. Только Бабушка. Замечательная, все понимающая Бабушка.

Ах, да. Есть еще Волк. Не совсем обычный Волк, поскольку его не видит никто, кроме Девочки. Даже Бабушка. Волк – единственный друг Девочки. Он помогает ей взрослеть, удерживает от глупых поступков, подталкивает к принятию взрослых решений, ведет с ней долгие разговоры, рассказывая о прежних своих подопечных. Да-да, Девочка – не первая, с кем подружился Волк.

Только – вот беда! – вырастая, дети перестают его видеть, утрачивают способность разговаривать с ним. Ведь у взрослых столько дел: «приготовить, постирать, убрать, отвезти детей в школу, в садик, на кружки – я уже не говорю о работе. А тут – говорящие волки, хулиганские эльфы, танцующие привидения. Знаешь, как они отвлекают? И где на всех время взять?», – объясняет Бабушка.

Кроме того, взрослого, который умеет разговаривать с воображаемыми друзьями, никто не понимает. Так что, лучше быть как все.

Девочка мечтает стать пожарным: «Я люблю огонь! От него жарко, и его можно приручить! А лед приручить нельзя – он тает». Но ее никто не поддерживает. Ни Папа, страдающий странной фобией и боящийся пожарных, ни Мама, уверенная, что ее дочь, как и все девочки «без ума от фей». И только Бабушка понимает свою внучку и дарит ей на день рождения красную каску пожарного.

В ТЮЗе же каску заменили красной балаклавой. Девочка надевает ее, отгораживается от родителей, подчеркивая стену непонимания, которая стоит между ними.

Художником-постановщиком спектакля выступила Светлана Родослава, уже знакомая одесским зрителям по работе над спектаклем «Маугли». Она же создавала эскизы костюмов.

«Мне только предложили работать на этом спектакле, я поговорила с Александром, и в тот же вечер эскизы были готовы. Впоследствии они претерпели лишь небольшие изменения… Эта пьеса близка мне – я только недавно пережила те же эмоции, что и героиня. И вложила в работу частичку своей души, своего жизненного опыта», – говорит Светлана.

Костюмы в этой постановке очень важны, поскольку подчеркивают характеры героев. В них преобладают три цвета. Белый – цвет льда, цвет взрослых. Черный и красный – цвета огня, бунтарства, цвета детей. Бабушка одета в красное платье. Она понимает Девочку, знает, что та чувствует.

Родители (Виктор Раду и Инна Мешкова) одеты в клоунские костюмы. Это их маска, их защита от окружающего мира, их попытка быть как все. Они и говорят «клоунскими» голосами, как белый и рыжий клоуны на манеже. И только в конце пьесы, когда умирает Бабушка, за масками становятся видны лица, слышны их настоящие голоса.

На Папе – белый костюм. Папа давно забыл, что значит быть ребенком. Он не видит воображаемых друзей, не слышит их и не услышит. В Мамином костюме белый цвет соседствует с черным и красным. С ней еще не все потеряно. Она еще может увидеть и поговорить с давним другом Волком – плюшевым волком с заплатой на хвосте, забытым на диване.

«Я не притворялась, мне просто было некогда. Я же не в лесу живу, знаешь, сколько у меня дел?! А мыслей? Знаешь сколько мыслей?! Сквозь них вообще ни черта не видно! Знаешь как это тяжело? Скрывать, играть чужую роль… и все время бояться, что в любой момент тебя могут разоблачить. Лучше быть как все. Так намного спокойней», – объясняет она Волку.

Девочка одета в красные джинсы и черный джемпер. Узнав о смерти любимой Бабушки, она снимает джемпер и остается в клоунском блузоне – красном с желтым и зеленым. А вместо красной балаклавы надевает клоунский колпак. Она повзрослела и перестала видеть Волка.

«Это история о семье и моральной глухоте людей. Это история, которая близка каждому, и мне тоже, потому что у меня растет трехлетняя дочка. И, когда я ее не понимаю, обижаюсь на нее или обижаю ее, для меня это очень болезненно. А когда в режиссере что-то болит, он не может не сублимировать это. Ведь каждый режиссер всегда ставит о себе», – сказал режиссер спектакля.

Судя по тому, как играли актеры – они тоже играли о себе. Рассказывали свои истории.

В первый премьерный день роль Девочки великолепно исполнила Ирина Шинкаренко. Актрисе замечательно удалось передать подростковую неуклюжесть, страхи и отчаяние своей героини.

У Александра Чорбы получился просто великолепный Волк. Порой – смешной, порой – страшный, радующийся со своей подружкой и страдающий, когда она перестает его видеть.

Бабушка Валентины Гульченко – премилая веселая старушка, умеющая сохранять бодрость даже в самый трудный момент, когда она чувствует, что умирает.

«Мне, как директору – художественному руководителю театра эта пьеса нравится. Я считаю, что у нас должно быть больше спектаклей о подростках, о взаимоотношениях в семье, о тех темах, которые подростки хотя обсудить, но, возможно, им не с кем. То есть, театр должен становиться такой дискуссионной площадкой», – говорит директор ТЮЗа Оксана Бурлай-Питерова.

Кстати, она играет в одном из составов роль Мамы. Директор вызвалась выйти на сцену, заменив заболевшую актрису.

И еще одно замечание. А. Баркар заявил, что работать с одесским актерами для него было сплошным удовольствием. Другое дело – техническое оснащение театра.

«С такой жестью я не встречался нигде. Эти люди – просто герои. Они ухитряются из ничего делать что-то. Такие световые приборы нам в 1999 году показывали, как архаику 60-х прошлого века. Я откровенно возмущен отношением к этому театру властей», – заявил он журналистам.

...Что ж до оценок постановки публикой, то, как в один голос заявили после премьеры зрительницы – 11-летняя Маша и ее мама: «В этом спектакле все правда. Некоторые диалоги – как из реальной жизни. Это спектакль для детей с родителями. Спасибо театру!».

А мне-то казалось, что спектакль для 11-ти – 12-летних будет непонятен и неинтересен. Кто их поймет, этих современных подростков...

Инна Кац.
Фото Олега Владимирского.

Информагентство "Вiкна-Одеса"

Реклама альбомов 300
Аккерманская крепость
Адвокат