На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

Мотылек


Илья РЕЙДЕРМАН "Тиква"

Памяти убитых еврейских детей

1.

Жизнь — горячий чай на блюдечке,
Губы обжигает.
Только в детстве нас ни чуточки
Это не пугает.
Жизнь — как небеса высокая,
Как вода глубокая,
Вся сторукая, стоокая,
И совсем не строгая.
Жизнь плывет огромной рыбою
Прямо в чьи-то руки,
Очень рыбою игривою —
Не помрешь со скуки.
В небеса закинуть удочки
(близко все — до жути!)
Детство — это все на блюдечке,
На небесном блюде.
Ласковой рукой касаешься
Всех вещей несмелых,
И на облаке качаешься,
Словно на качелях.
Не упасть бы только с облака,
Не свалиться в бездну,
Не остаться бы без отклика
В шири поднебесной.
Чтобы ни одной минуточки
В запредельной смуте
Не забыть вкус чая в блюдечке,
Бытия на блюде.

2.

Куда летишь ты, ребенка сердце,
На что глядишь удивленным взглядом?
Ты в дикой чаще из трех деревьев
Вдруг оказалось и заблудилось.
Не для тебя ль бытия изобилье?
Ночью и днем — полет и движенье.
Сердце трепещет, как бабочки крылья,
Страхи, восторги — до изнеможенья.
Где ты находишь дали такие,
Даже усевшись в углу на стуле?
Что за стихи и что за стихии?
Жаркие ветры — откуда подули?
И ледяной, неожиданный, жуткий
Ветер незваный — откуда, откуда?
Детское сердце, брось эти шутки,
Тихо усни в ожидании чуда.
Сердце — ты бабочка в смертном полете,
Малый комок, мотылечек, Психея.
Вот она, суть окрыленная плоти.
И удержать ли? — пустая затея…
Не улетай, мотылек мой веселый,
Не улетай, мотылек мой печальный,
В мир этот зимний, в мир этот голый,
В мир, что лишен красоты изначальной.
В клетке грудной, где распахнута дверца,
Веет такими тревожными снами.
Что ты торопишься, детское сердце?
С нами побудь! О, побудь еще с нами!

З.

— Нет нас нигде, не ищите.
Нет ни неба у нас, ни земли.
Не нуждаемся больше в защите.
Не спасли вы нас. Не спасли.
Бытие, как сосуд, раскололось,
Вытекает Б-жественный свет.
Только голос мы, только голос,
А ему и названия нет.
И его вы поймете едва ли.
Он вне власти земных ваших мер.
Краски мира для нас миновали.
Пепла цвет безусловнее — сер!
Не вмещают ни вечность, ни время,
Не вмещают любые слова
Наше необъяснимое бремя,
Нашу боль, что навеки жива.
Нам и облаком не растаять.
Нам и пеплом в землю не лечь.
Только память мы. Только память.
А ее не убить, не сжечь.
Каждый всё, даже имя утратил!
Все слова позабыты давно.
И стучит обезумевший дятел
В вечности голубое окно.

4.

Вот летит мотылек.
Как он близок — далек!
Он летит по кривой.
Вы мертвы. Он живой.
Вот летит мотылек.
Он за мертвых залог.
Он из царства теней
В череду наших дней.
Все, что было, — прошло?
…Он летит, не спеша.
И трепещет крыло.
И трепещет душа.

2004 г.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.