На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

"МЕСТО ВСТРЕЧИ": УСТАРЕТЬ НЕЛЬЗЯ


С известным одесским кинооператором Леонидом Антоновичем Бурлакой мы рассматриваем старые фотографии. Больше всего кадров с моментами съемок фильма "Место встречи изменить нельзя", где он работал оператором-постановщиком. Особая редкость: снимок сцены, не вошедшей в фильм. Это общие фронтовые воспоминания Шарапова и Левченко, во время войны ходивших вместе под пули, а в мирное время оказавшихся по разные стороны баррикад. Предать фронтовое братство не смог ни тот, ни другой. А вот кадр из "Поезда в далекий август", где заметна фигура Иосифа Бродского (сцену с его участием в итоге заставили вырезать). С нескрываемым удовольствием Леонид Антонович вспоминает картины "Прощай", "Счастливый корабль", "На своей земле", где также работал оператором-постановщиком. "Место встречи" не самая любимая его работа (изобразительные задачи там скромные), но, безусловно, дорогая сердцу. А в будущем году фильму исполнится тридцать лет...

- Давно это было... C течением времени вспоминается, в основном, хорошее. Плохое, конечно, тоже было в какой-то степени, но ушло. Работалось очень хорошо. Группа была потрясающая. Это очень важно в производстве кино.
Бывает ведь, что фильм никак не идет... У нас было не так, хотя картина создавалась со своими сложностями. Нормы для телевизионных картин, а именно такой является "Место встречи изменить нельзя", были довольно жесткими, снимать приходилось быстро. Для прокатных фильмов норма выполнения за смену была 25 метров, а у нас - под 70. Да еще и фильм-то был несовременный, надо было организовывать декорации, костюмы, реквизит... Времени на это много уходило. И натурные съемки, и ночные... Усталость появилась уже потом, когда закончились съемки. А во время работы было очень хорошо, работали слаженно, даже актеры не подводили, хотя они все были довольно знаменитыми - и в кино снимались, и в театрах играли, сложно всех вместе сводить... Однажды только Володя Высоцкий уехал с Мариной в Штаты и отсутствовал недели полторы-две. По возвращении был большой скандал - не в группе, мы-то знали, куда он уехал. Шум возник, поскольку он уехал без разрешения, даже без визы...
Но даже его отсутствие, когда мы практически не могли работать, - ведь Володя должен был переходить из кадра в кадр, - не сказалось на фильме. Мы находили какие-то другие эпизоды, занимались строительством декораций. В общем, нормально этот период прошел и большого вреда нам не нанес. Хотя на студии был шум: "Почему не снимаете, почему нет рапорта о съемке каждый день?!". Отговаривались по-разному: то заболел кто-нибудь, то погода неподходящая, то аппаратура подводит... И хорошо, что это не доходило до начальства, - группа была сплоченной, практически никто не "стучал". Хорошие были взаимоотношения - за одним исключением. Довольно трудно складывались отношения Володи Конкина с Высоцким. Высоцкий его очень невзлюбил. Трудно даже было понять, почему...
- А правда ли, что Конкина группе навязали "сверху"?
- Ну, это не совсем правда. Пробовались на роль Шарапова многие. И не было такого уж категоричного нажима со стороны ЦТ, дескать, снимайте Конкина, больше никого. Они действительно его предлагали, все знали, что с их точки зрения, он подходит на эту роль.
В конце концов, если сегодня посмотреть картину, нельзя сказать, будто это непопадание. Но, видимо, то, что его поддерживало ЦТ, сказалось и на отношении Славы Говорухина. Слава тоже к нему не питал, так сказать, особых симпатий. По работе все было нормально, а вот личные отношения не сложились. С Конкиным не общались в нерабочее время. Это его очень ранило.
Я даже вспоминаю, как во время эпизода, который мы снимали здесь, в Одессе, в павильоне, Конкин подошел ко мне и сказал: "Ну что ж такое? Почему так? Я же, вроде бы, нормально в роль вошел, ну почему ко мне такое отношение?". Чуть не плакал. Я ответил: "Володя, да перестань, что ж ты, не понимаешь - это актерские дела: иногда складывается, иногда нет. В конце концов, как-то все притрется...". В общем, так и вышло, все стало на свои места. Но во время съемок Конкин очень переживал и, наверное, эти переживания вызвали у него хорошую актерскую злость, которая помогла достойно сыграть роль Шарапова.
- Вокруг съемок "Места встречи" образовалось множество легенд. До сих пор приходится слышать о тех или иных казусах, приключившихся на съемочной площадке...
- Эти легенды возникли, потому что действительно было немало дурацких эпизодов - дурацких оттого, что к их съемке мы не были готовы. Например, кадры с падением "студебеккера" в реку...
- Вот-вот: правда ли, что некоторые камеры отключились в момент падения?
- Ничего подобного. Ничего не отключалось. Дело было в другом. Это была режимная съемка, эпизод снимался "под ночь". Нам надо было поймать такой промежуток суток, когда солнце уже село, но небо еще светлое. Это маленький отрезок времени! Уже не было какой-то силуэтности на фоне неба, что-то там смутно проявлялось, а передний план подсвечивается приборами - эффект ночи. И нужно было снимать очень быстро.
Сам "студебеккер" мы брали на "Мосфильме" (оттуда и автобус наш, и многие машины). Поскольку "студер", как мы его называли, был не на ходу, его отбуксировали. Катился на колесах он нормально, а мотор не работал. Чтобы его подталкивать, нужен был другой автомобиль. К Яузе шла немного покатая дорога: "студер" разгоняли сзади, толкали в задний бампер, и тот уже шел по инерции. Тормоза у "студебеккера", к счастью, работали.
На репетициях все проходило нормально, а вот когда до съемок осталось пять-десять минут, тот автомобиль, который толкал, заглох! А время идет! Началась возня с машиной, времени в обрез, стали подумывать о том, чтобы отменить съемку. Но в последний момент машина завелась, толкнула "студебеккер", и он покатился... Снимался эпизод тремя камерами: был кадр сверху, с мостика, с воды, с баржи, где как раз сидел я, а еще одна камера работала сбоку. Но в фильм вошел только кадр, снятый с реки. Отсюда легенды. Заверяю: ни одна камера не отключалась, они сработали нормально!
- Поговаривают также, будто каскадеры чудом не погибли во время падения "студебеккера"...
- Такая опасность была. Мы думали, что достаточно быстро разогнали "студер", и он, "клюнув" воду бампером, пойдет на дно плавно. Но то ли в спешке был взят слишком большой разгон, то ли что-то еще произошло, только "студебеккер" перевернулся, плюхнулся в воду в трех метрах от меня, залив водой камеру, и ушел на дно слишком быстро. В кабине было два каскадера, один из них - одессит Владимир Жариков. Камеры должны были работать до тех пор, пока каскадеры не вынырнут. Но никто не всплывает... Наступил момент, когда нам всем стало жутко. Не знаю, стоит ли сейчас говорить об этом, - но ведь серьезного обеспечения на такой случай у нас не было. Никто не ожидал плохого. Речка узкая, все на виду, все рядом. Глубина там была всего два метра, тут же баржа, катер, но водолазов нет...
Что произошло, мы узнали, когда каскадеры все-таки вынырнули. Когда замеряли глубину, не учли, что в этом месте, где течение слабое, еще полтора метра ила. Перевернувшись, "студебеккер" ушел в этот ил. Каскадеры сунулись один в одно окно, другой во второе (а боковых стекол не было: чтобы не заклинило, их сняли сразу, оставив только лобовое стекло), а выйти не могут! Жариков рассказывал: "Я туда рукой - а там что-то плотное, как стенка... Подумал, машина легла на бок. В другое окно - и там то же самое". Пока они пробивали ил, ушло много времени, которое тогда никто не засекал. Секунды казались группе часами. Потом, когда я отсмотрел снятый материал, оказалось, что с момента, когда "студер" плюхнулся в воду, и до того, когда показался первый каскадер, прошло секунд тридцать-сорок. Видимо, ребята все-таки подготовленные, хватило воздуха, паники не было, ушли каждый в нужную сторону, и второй еще выждал, чтобы вынырнуть позже первого и вне кадра, как о том договаривались перед съемкой. Ведь по сюжету один из них вообще в кадре не должен был появиться, вроде как утонул. На следующий день пригнали кран и вытащили "студебеккер" - все-таки реквизит "Мосфильма". Вот такие воспоминания.
Думаю, всем известно, что Марина Влади отговаривала Володю Высоцкого от съемок в "Месте встречи". И чувствовал он себя неважно, и появилась возможность посмотреть мир вместе с Мариной, поездить, подлечиться. Марина обращалась к Говорухину: "Отпусти его, Славик, кто знает, сколько осталось ему...". Не отпустил. Хотя был готов к тому, что если Высоцкий уйдет, придется либо от картины отказаться, либо перенести съемки на другое время. Не видел равного ему актера для замены. Володя и сам понимал, что это для него не проходная роль, от которой можно отказываться.
Материальной заинтересованности не было, платили актерам чепуху. Самая большая актерская ставка составляла, по-моему, семьдесят два рубля за смену. Но для этого нужно было иметь звание заслуженного артиста, народного... Категория Высоцкого позволяла ему получать только тридцать рублей. Но использовали то, что картина сложная, много трюковых съемок, многие трюки выполняет он сам, - ему смогли платить около пятидесяти рублей за смену.
- Какие же трюки Высоцкий мог выполнять?
- Ну, это было так только написано... И добиться такого повышения смогли не сразу, а месяцев через пять-шесть съемок, нужно же было все согласовать в массе инстанций...
- Помните ли вы момент, когда рабочее название "Эра милосердия" было решено заменить новым - "Место встречи изменить нельзя"?
- Это произошло ближе к концу съемок. Насколько я помню, идея исходила от группы, поначалу Вайнеры отнеслись к этому не очень положительно, и лишь потом поняли: название хорошее.
- А как начет легенды, гласящей, будто братья Вайнеры были недовольны материалом настолько, что потребовали убрать название своего романа?
- Такого не было. Другое дело, что им вначале не все нравилось в отснятом материале, и у Славы с ними не очень-то сложились отношения. Это тоже бывает - нашла коса на камень. Говорухин хотел изменений в сценарии, а они на изменения не шли. Не было такого контакта, какой обычно бывает между режиссером и сценаристами. На съемках они бывали очень редко, помню только пару раз в Москве, и то приходил только Аркадий. И в дальнейшем отношения со Славой остались холодными, но это скорее из-за личных разногласий, а не из-за неприятия картины. Володя Конкин им не нравился, это точно. У Вайнеров были разногласия с руководством ЦТ, которое требовало изменить финал, не убивать Левченко, а они были категорически против и настояли на своем.
- Думали ли вы, Леонид Антонович, во время съемок, что картина эта станет такой популярной?
- Не знаю, как у других, у меня лично этого не было. Понятно было, что идет интересная работа, что получится интересная картина, которая наверняка принесет студии какие-то приоритеты. Думаю, у большинства членов группы также не было особых предчувствий. Хотя весь отснятый материал мы проверяли на механиках, которые работали на студии буквально с 1956 года, с послевоенного возрождения, и им нравилось. А раз им нравилось, - считали, что это уже 90 процентов успеха!
Прогноз подтвердился! Но самое интересное даже не в этом. Задолго до "Места встречи" мы, одесские киношники, летели рейсом через Баку. Я нашел в самолете на переднем сиденье оставленный кем-то журнал "Смена" с отрывком из "Эры милосердия". Прочел странички две и подумал: "Вот это сюжет, вот это была бы картина! Но такое наверняка будут снимать в Москве...". А вышло иначе. Еще до этого Гриша Поженян познакомил меня с Вайнерами - в Ялте, в Доме писателей. Мы приехали туда к Поженяну по поводу его сценария к фильму "Поезд в далекий август", и там встретились с Аркадием Вайнером.
А когда я узнал, что на нашей студии появился сценарий "Эры милосердия", то понял: мечты сбываются...

Беседовала Мария ГУДЫМА.
Фото из архива Леонида Бурлаки.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.