На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

РЕЦЕНЗИЯ

«НАМ ПРИКАЗЫВАЛИ»… А ЕСЛИ СНОВА ПРИКАЖУТ?


Премьера трагифарса "Пляска Чингиз-Хаима" на сцене Русской драмы ожидалась театралами с интересом и опасениями. Интерес был продиктован темой (отголоски Холокоста в душах и сознании нацистских палачей), личностью автора пьесы и режиссера-постановщика (Народный артист Украины Олег Школьник, шесть лет не получавший новых ролей, решил проявить себя в новом качестве на подмостках родного театра), литературным первоисточником (написанный в 1967 году роман Ромена Гари "Пляска Чингиз-Хаима" считается лучшим в его зрелом творчестве).
Опасения диктовались следующими соображениями: сюжет романа, полный сложной фантасмагории, с трудом виделся в качестве пьесы. Правда, на пресс-конференции перед премьерой Олег Львович честно признался, что пьесу писал всего лишь по мотивам романа и многое будет выглядеть на сцене совсем не так, как в книге. Чтобы избежать сравнений, которые могли бы помешать работе, большинство актеров решили прочитать произведение Ромена Гари уже после того, как пройдут все репетиции, будут отыграны премьерные спектакли.
Оказалось, что Олег Школьник поступил с первоисточником совсем не так, как это зачастую делают профессиональные режиссеры, да и авторы пьес "по мотивам" прозаических произведений крупных авторов. Он ничего не огрубил, не упростил до примитива, просто выбрал несколько сюжетных линий и переосмыслил их, пропустил через художническую душу. Получилось трогательно до пронзительности, убедительно и вполне оригинально. В труппе театра имеется только один претендент на роль Чингиз-Хаима — Заслуженный артист Украины Юрий Невгамонный, вот он-то и стал камертоном всей постановки.
Строго говоря, Чингиз-Хаим уже не человек, он расстрелян в Освенциме много лет тому назад. Это призрак, диббук, тень, служащая вечным укором и спутником бывшему гитлеровскому офицеру, а ныне крупному полицейскому чину Шатцу (Заслуженный артист Украины Борис Смирнов). Уверениям Юрия Невгамонного о том, что роман им еще не прочитан, было бы трудно поверить, если бы не одно обстоятельство.
Чингиз-Хаим — артист кабаре, и в этом обстоятельстве скрыт ключ к роли, во всяком случае, для Юрия, периодически блистающего в постановках, решенных в кабаретной эстетике. Не стоит путать кабаре с варьете, это жанр провокационный и интеллектуальный одновременно, отмеченный теснотой времени, пространства и смысла. Так что и перевоплощаться-то особенно не пришлось, артист органичен в любое мгновение своего сценического существования.
Призрак в обветшавшей робе узника концлагеря пляшет, словно кричит в приступе боли, внешне бесстрастно вспоминает об ужасах войны и обучает исподволь Шатца языку идиш. Тот уже и словарь купил; если так пойдет и дальше, когда-нибудь сможет читать в подлиннике Шолом-Алейхема… И зря Шатц твердит, что вины на нем и его сообщниках нет, "ведь нам приказывали", тень Чингиз-Хаима, ставшая его совестью, будет с ним неразлучна. Помощь самых лучших психоаналитиков окажется бессильной, так как грех — отдавать приказ совершать убийства, но ничуть не меньший грех — таким приказам следовать…
Вокруг Чингиз-Хаима роятся удивительные персонажи: витающий в облаках Барон (Валерий Жуков), сластолюбивый Граф (Народный артист Украины Семен Крупник), простоватый заика-полицейский Гут (Олег Шевчук), наивный мальчишка Хюбш (Руслан Герасименко), порывистый садовник Иоганн (Александр Суворов). Все эти персонажи очерчены гротескно, двумя-тремя красками, именно их колорит и придает фарсовые черты спектаклю.
Совсем иные — обладающие таинственно-мистической биографией Лили (эту роль в очередь играют Заслуженная артистка Украины Татьяна Опарина и Татьяна Маркова) и Флориан (Заслуженный артист Украины Геннадий Скарга). Заявленные еще до своего появления как персонажи фарса, они оказываются героями трагедии, а затем и мистерии, предстают воплощением зла. Тем интереснее, что зло в данном случае заключено в эстетически привлекательные оболочки.
Давно уже не приходилось видеть на сцене Русского драматического театра столь выверенной и впечатляющей сценографии, как в "Пляске Чингиз-Хаима". Художник-постановщик спектакля, Заслуженный деятель искусств России Борис Ентин, по его собственному признанию, получил большое удовольствие от сотрудничества с Олегом Школьником и артистами труппы. Конструкция из прозрачных пластиковых фрагментов в первом действии становилась обобщенным образом полицейского участка (в реальности) и концлагеря (в воспоминаниях Шатца). Подвешенные во втором действии под потолком предметы одежды напоминали как о жертвах преступной пары Флориана и Лили, так и о грудах тряпья, остававшихся после отправки узников Освенцима на расстрел либо в газовую камеру. Образ этой камеры периодически навеивали клубы дыма и раздвижная дверь, в которой исчезают различные герои, причем замыкает этот исход Чингиз-Хаим, комик с печальными глазами.
Авторы спектакля, исполненные похвального одесского патриотизма, поспешили сообщить в программке, что, по некоторым сведениям, Ромен Гари (1914 — 1980) родился в Одессе. Увы, официальные данные называют местом рождения писателя Москву. Мать Ромена Гари (настоящее имя — Роман Кацев), Нана Борисовская, была опереточной субреткой, а отцом, по всей видимости, известный киноактер Иван Мозжухин, в пользу этой версии свидетельствует и внешнее сходство отца и сына. Фамилию Кацев маленький Роман получил от второго мужа матери — Лейбы Кацева. Детство будущего писателя проходило частично в Вильно, частично в Варшаве, откуда мать и сын в 1927 году переехали в Париж. Бывшая субретка превратилась в модистку, изготавливала шляпки и свято верила в большое будущее сына.
И действительно: Ромен Гари стал бесстрашным военным летчиком, участвовал в Сопротивлении, был личным другом Шарля де Голля, крупным дипломатом. Его авторству принадлежит почти три десятка романов и самая нашумевшая литературная мистификация двадцатого столетия. Так, став лауреатом Гонкуровской премии в 1956 году под именем Ромена Гари (этот псевдоним он образовал от русского слова "гореть"), писатель в 1975-м издает роман за подписью "Эмиль Ажар" и снова получает эту престижную награду! Это против всяких правил: на Гонкуровскую премию нельзя претендовать дважды. Но ведь победителей не судят…
Хотя в романах Гари еврейская тема поднимается постоянно, в мировую литературу он вошел не как еврейский, а как французский писатель (некоторые свои произведения он писал еще и по-английски, делая труд переводчиков ненужным). Некоторые литературоведы его, Анри Труайя и Эльзу Триоле называют "русскими писателями, создававшими свои произведения на французском языке". Впрочем, хорошая литература не нуждается в ярлыках. И замечательно, что после хорошего спектакля публика тянется к хорошей книге, по мотивам которой написана пьеса. Во всяком случае, многие зрители признались, что "Пляска Чингиз-Хаима" пробудила у них интерес к творчеству Ромена Гари.

Мария ГУДЫМА.
На фото Олега Владимирского: сцены из спектакля "Пляска Чингиз-Хаима".

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.