На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

К 60-летию погрома в Кельцах

УБИЕННЫЕ СООТЕЧЕСТВЕННИКАМИ


Польша долго хранила молчание по поводу этих событий. Только в 1996 году министр иностранных дел страны Дариуш Росати направил письмо Всемирному еврейскому конгрессу, в котором, в частности, заявил: "Мы будем оплакивать жертв погрома в Кельцах. Этот акт польского антисемитизма мы должны рассматривать как нашу общую трагедию. Нам стыдно за то, что Польша совершила это преступление. Мы просим у вас прощения".
За кого же просил прощения министр?

В начале 1990-х случилось мне привезти из Киева один из номеров журнала "Дос идише ворт / Слово жидовске" — издания, выходящего в Польше на еврейском (идиш) и государственном языках. В специальной колонке редактор Адам Рок писал, что часто иностранные граждане, посещающие Польшу, удивляются, что "по Кельцах сон в Польсце жиджи" (после Кельц есть в Польше евреи). Передо мной встал вопрос: что же такое произошло в упомянутом городе? Что могло коренным образом повлиять на количество евреев в целом государстве?
...В июле 2002 года проходил 13-й ежегодный семинар "Идиш ун идишкайт". Впервые это учебно-воспитательное мероприятие проводилось за пределами СНГ — в Республике Польша, в городке под названием Отвоцк. Администратором семинара был председатель Всеизраильской ассоциации любителей идиш Рафаэль Блюменфельд. Человек уже в годах, очень добродушный. Уроженец Польши, выходец из среды гурских хасидов, он прекрасно владел и идиш, и языком той страны, в которой жил до, во время и после войны.
В годы оккупации Рафаэль Блюменфельд был в гетто города Кельцы. Немало хлебнул от немецких нацистов, а 4 июля 1946 года в тех же Кельцах довелось ему хлебнуть и от соотечественников...
...Ясный июльский день 2002 года. Автобус с участниками семинара выезжает из Отвоцка и движется в сторону Кракова. Миновали Варку (еврейское название — Вoркэ), где некогда жил один из хасидских цадиков. Поднялись на Малопольскую возвышенность. Накатанная дорога ведет нас к административному центру Келецкого воеводства, побратиму Винницы (в ней есть улица Келецкая). Въезжаем в Кельцы. Автобус останавливается. Подъехать к дому, на котором установлена мемориальная доска с текстами на идиш, польском и английском языках, невозможно, мы идем пешком. Рафаэль Блюменфельд рассказывает.
В послевоенное время Кельцы представляли собой город средней величины, один из немаловажных промышленных центров, железнодорожный узел. В доме, к которому мы направляемся, после войны располагалась организация объединения сионистской молодежи, в которую входили 45 человек (Рафаэль был одним из них). Кроме того, в строении размещалась кошерная кухня для бедных.
В июле 1946-го в одной из местных католических семей пропал девятилетний мальчик. В течение нескольких часов по городу распространился слух, что ребенок стал жертвой ритуального убийства, совершенного евреями. Заводы и фабрики остановились, толпы рабочих хлынули к "еврейскому" дому. Если по дороге встречали еврея, то, не колеблясь, убивали его. Собравшиеся возле дома, в котором располагались еврейские организации, бросали в окна камни. Вызванная евреями полиция была на стороне пришедших с недоброй целью и потому бездействовала. Евреи покинули строение, но внизу их начали избивать палками и камнями…
Всего 4 июля 1946 года в Кельцах погибли 42 еврея. Что касается Рафаэля Блюменфельда, то он был тяжело ранен. Вместе с другими пострадавшими его направили в больницу, но местные медсестры издевались над ранеными, срывали с них повязки. Нормальную медицинскую помощь без вины виноватые смогли получить лишь в больнице города Лодзь, куда их перевели по их же требованию. На лечении в Лодзи Рафаэль пробыл три месяца.
Свыше 800 тысяч евреев в течение ближайших месяцев бежали из Польши в другие страны, многие в конечном итоге оказались в Эрец Исраэль. Келецкий погром имел большой резонанс во всем мире: всего через год с небольшим после войны поляки совершили такое злодеяние! В сторону Польши смотрели с презрением, многие государства ограничили дипломатические отношения с ней. Правительственным кругам даже пришлось обратиться к руководству еврейской общины с просьбой "отбелить" репутацию страны перед другими государствами.
Все это я узнал от Рафаэля Блюменфельда, непосредственного участника тех далеких событий...
Но точку в статье я не ставлю, поскольку передо мной другой источник — переведенная на русский язык статья доктора Ежи Дабровского "Размышления о еврейском погроме 1946 года в Кельцах".
Польский ученый пишет, что 4 июля 1946 года произошло "одно из ужасных событий XX века". Келецкий погром и его последствия исследователь описывает во многом иначе, чем Р. Блюменфельд. Вот его видение кровавой резни. Дом на улице Планты, 7, принадлежавший еврейской общине, представлял собой жилое строение для большинства местных евреев, уцелевших в годы второй мировой. (Но сам Дабровский оценивает общее количество проживавших тогда в Кельцах евреев в несколько сотен, так что в не очень большом здании никак не могло проживать большинство переживших Катастрофу евреев города. Я этот дом видел...) Польский ученый тоже считает, что поводом для погрома стало исчезновение ребенка из семьи католиков, но уточняет: к тому времени, когда толпа собралась перед еврейским домом, "пропавший было мальчик уже вернулся домой", но это "уже не имело никакого значения".
Далее было следующее. Жаждавшая крови толпа ворвалась в дом. Евреев, включая детей, женщин и стариков, выбрасывали из окон. Снаружи их добивали железными прутьями, дубинами и молотами. По словам свидетелей ужасающих событий, "во второй половине дня улица перед домом была покрыта липким кровавым человеческим месивом". Цифра зверски убитых евреев в оценке польского исследователя не расходится с уже приведенной — 42 человека. Доктор Е. Дабровский приводит свидетельство одного из руководителей восстания в Варшавском гетто — Ицхока Цукермана по прозвищу Антек. После войны герой еще два года жил в Польше. Он видел последствия погрома, поскольку поехал в Кельцы по горячим следам, сразу после того, как получил известие о резне. В автобиографии Цукерман пишет, что тела убитых были страшно изуродованы, ему пришлось видеть и трупы беременных женщин с распоротыми животами.
Еще до келецкой трагедии в Польше случалось, что пассажиров-евреев выбрасывали из вагонов поездов во время движения. После погрома такие случаи участились. Поэт Юлиан Тувим писал в июле 1946 года своему другу И. Штаудингеру: "...я хотел было ехать поездом в Лодзь, но в связи с известными тебе событиями для меня безопаснее отложить поездку на более благоприятное время...". Один из самых известных польских поэтов XX столетия Юлиан Тувим (1894 — 1953) имел еврейское происхождение, и фамилия у него, кстати, легко объяснима с точки зрения лошн койдеш (Святого языка). Он — автор плача-манифеста "Мы, жиджи польсцы...". Помните: "Двояка ест крев: та в жилах и та з жил"? Менее известно то, что второй абзац этого произведения начинается фразой: "Естэм полякем, бо ми шен так подоба"...
Среди живших в Польше евреев царил страх. Высказывались самые разные предположения о том, какие именно политические круги явились вдохновителями и зачинщиками преступления в Кельцах. Состоялась встреча министра безопасности Польши Станислава Радкевича с представителями Центрального комитета польских евреев, требовавшими от правительства принятия энергичных и действенных мер. Из уст чиновника высшего уровня власти прозвучало: "Вы, может быть, хотите, чтобы я сослал в Сибирь 18 миллионов поляков?" 18 миллионов поляков... Карта "Еврейское население европейских стран после второй мировой войны", которая иллюстрирует статью "Холокост" энциклопедического словаря "Еврейская цивилизация: персоналии, деяния, понятия" (составлен Жаном-Кристофом Аттиасом и Эстер Бенбасса, перевод с французского, Москва, издательство "Лори", 2000), определяет численность еврейского населения Польши в 120 тысяч человек при общей численности населения в 23 миллиона 930 тысяч человек. Выходит, слова министра безопасности следует понимать следующим образом: 18 миллионов поляков, остальное — это вы, евреи, которых поляки терпеть не могут. И никаких "естэм полякем, бо ми шен так подоба"! Никакой ты не поляк, как бы это тебе ни нравилось, ты чужеродное тело в организме страны. Ты еврей и в силу одного этого — человек презираемый. Приведу и мнение главы Польской католической церкви кардинала Хлонда. Его заявление по поводу погрома привлекло к себе большое внимание. Вину за ухудшение взаимоотношений между поляками и евреями кардинал возлагал "в значительной мере... на евреев, занимающих сегодня в Польше руководящие позиции и пытающихся ввести структуры и порядки, которые отвергает большинство польского народа". Кажется, в который уже раз мы сталкиваемся с обвинением евреев в насаждении социализма-коммунизма.
Количество евреев, вскоре после погрома покинувших Польшу, Ежи Дабровский не указывает, но считает, что их было больше половины из числа проживавших в стране на начало июля 1946 года. Вспомним, что, согласно оценке Рафаэля Блюменфельда, таковых было свыше 800 тысяч человек. А теперь я приведу цитату из статьи "Холокост" уже упомянутого энциклопедического словаря "Еврейская цивилизация": "Около 1200000 евреев, переживших геноцид и скрывавшихся, скитались по всей Европе. 200 тысяч приехали в Польшу, но В МАРТЕ (выделено мной, — И. Г.) 1946 г. случился еврейский погром в Кельцах. 100 тысяч евреев тотчас же покинули страну и устремились в лагеря для перемещенных лиц, созданные союзниками на территории Германии и Австрии, некоторые попытались тайно уехать в Палестину". Рекомендую всем, в чьей библиотеке имеется указанный словарь, заменить "март" на слово "июль". Погром произошел 4 июля. Эта дата совпадает в воспоминаниях Р. Блюменфельда и исследовании доктора Е. Дабровского. Сообщу и дату трагедии по еврейскому календарю: 5 тамуза 5706 года. В текущем, 5766-м, году она выпадает на 1 июля*.
…Польша долго хранила молчание по поводу событий в Кельцах. Но 10 лет назад, в 1996-м, в связи с 50-летием келецкой кровавой бойни, министр иностранных дел страны Дариуш Росати в письме Всемирному еврейскому конгрессу заявил: "…Нам стыдно за то, что Польша совершила это преступление. Мы просим у вас прощения".
Подобные слова были произнесены польским политиком впервые.
Польский же исследователь Ежи Дабровский приводит имена тех, за кого просил прощения глава внешнеполитического ведомства страны.
Он просил прощения за шлифовальщика Марека с металлургического завода, который вместе с сотнями других рабочих оказался на улице Планты, 7 с единственной целью — убивать евреев.
За паненку Асю и ее жениха Хенрыка, бросавших камни в выволакиваемых из дома людей.
За пани Чезию, которая возвращалась с базара, но почему-то тоже оказалась в толпе погромщиков. Ее рука не дрогнула, когда она поднимала палку, чтобы размозжить лицо выброшенной из окна второго этажа еврейской девушке, еще подававшей признаки жизни.
За сапожника Юрека, который, прибив молотком подошвы ботинок, принесенных в починку, поспешно запер мастерскую и устремился на улицу Планты, где этим же молотком разбивал головы невиновных людей.
За зеленщика Януша, который покинул свою лавку, вооруженный железным прутом, чтобы вернуться через три часа облитым кровью жертв.
Он просил прощения за миллионы поляков, не принимавших непосредственного участия в избиении, но равнодушно молчавших после случившегося.
Недавно избранный президентом Республики Польша Лех Качинский в текущем 2006 году встретился в Вашингтоне с группой руководителей Американского еврейского комитета. Гость из Варшавы гарантировал безопасность и процветание еврейской общины Польши. Он также отметил, что антисемитская история польского государства была "тяжелой правдой", но граждане современной Польши должны антисемитизму противостоять.
Польские слова и выражения, которые были использованы мной в этой статье, я намеренно транслитерировал кириллицей, но на русский язык не переводил. Я хотел показать общую трагедию людей одной с нами крови (евреев) и людей, которых мы способны понимать без перевода (поляков).
Еще я хотел бы обратить внимание читателей на то, что мемориальная доска на доме по улице Планты, 7 содержит текст на идиш, польском и английском языках. Последний — только для того, чтобы весь мир понял. По-польски говорили и те, кого били, и те, кто бил. А на первом, идиш, — только жертвы страшного погрома…
В конце статьи я хотел сказать еще что-то очень важное, значительное, выстраданное.
Но нет у меня больше слов...

Игорь ГУСЕВ.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.