На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

Закулисные тайны Григория Распутина


В конце 2005 года (16 ноября) в газете "Тиква"-"Ор Самеах"была опубликована моя статья "Арон Симанович — секретарь загадочного фаворита". Личный секретарь "провидца и исцелителя" в книге "Распутин и евреи" рассказал о своей судьбе, о знакомстве с фаворитом русского монарха, о необыкновенном проникновении того в царский дворец и завоевании доверия у царствующей фамилии.
Мне пришлось вновь вернуться к личности Григория Распутина. Это случилось после того, как я ознакомился у коллекционера Анатолия Дроздовского с небольшой брошюрой "Григорий Распутин" (Закулисные тайны), отпечатанной в типографии "Печатник" М. Козмана. Интерес к брошюре подогревался тем, что в неполных выходных данных издания было много неточностей и недоговоренностей. Посему, прежде чем рассказать о содержании брошюры, представим ее как печатное издание. Отмечу, что впервые об этой брошюре я рассказал в книге "Книгоиздательство М.С. Козмана в Одессе" в 2003 году. Книга вышла небольшим тиражом 200 экз., разошлась по разным городам, в том числе и за границей. Думаю, не все читатели "Тиквы"-"Ор Самеах" сумели с ней ознакомиться.
Год выхода в свет на брошюре не указан. Распутин был убит в конце 1916 года. Ясно, что при жизни его такое издание состояться вряд ли могло. Скорее всего, брошюра увидела свет в годы гражданской войны. Известно, что с 1917 по начало 1920 года в городе девять раз менялась власть. Судя по тому, что в конце брошюры напечатан похоронный марш "Вы жертвою пали в борьбе роковой", можно предположить, что ее выход произошел в один из периодов, когда в Одессе у власти находились большевики: январь-март 1918 года либо апрель-август 1919.
Неизвестно, кто издал брошюру. На последней странице (а их в брошюре шестнадцать) напечатано: "Склад издания в книжном магазине "Знание". Одесса, Ришельевская, 23". Понятно, что издатель, а может быть, составитель, не хотел афишироваться. В хрупкие смутные годы времен гражданской войны лучше было не высовываться. Магазин "Знание" действительно существовал на Ришельевской улице, но номер дома был другой — 28! Я проверил адрес по спискам книжных магазинов с 1911 по 1916 гг., и везде номер дома магазина "Знание" указан — 28. По этому адресу в 1911 году находилось два книжных магазина. Владелец одного из них — купеческий сын Бернард Вульфович Финкельштейн (1877-?) — открыл заведение в 1911 г. В списках книжных магазинов за 1912 год он значится как владелец книжного магазина "Знание", в аналогичных списках за 1913 и 1915 гг. его фамилия не упоминается, а магазин "Знание" нигде не фигурирует. О дальнейшей судьбе Б.В. Финкельштейна ничего сказать не могу...
Владелец второго магазина — одесский мещанин Мордко Юдов Швагер был опытным книжником в области антиквариата. Свое заведение по продаже книг (вначале лавка, затем магазин) он открыл еще в 1891 году в доме Бодаревского на Полтавской улице, 27.
В 1902 году его заведение находилось уже на улице Ришельевской, 28, и в 1907 году называлось русским книжным магазином "Знание". В 1910 г. он открывает запасной книжный склад на Успенской, 16, назвав его вначале "Песталоцци", а с 28 ноября 1913 года — "Знание". Не имею сведений об отношениях между М. Швагером и Финкельштейном: продал ли Швагер свой магазин, или сдал в аренду, но в списках 1912 года магазин "Знание" (Ришельевская, 28) числился за владельцем Финкельштейном, а Швагер являлся хозяином книжного склада "Знание" на Успенской улице, 16. Вполне возможно, что в годы гражданской войны магазин "Знание" вновь начал функционировать по адресу Ришельевская, 28, но кому принадлежало торговое заведение, назвать не берусь.
На типографии "Печатник" и ее владельце М. Козмане следует остановиться подробнее. Дело в том, что в начале XX века Козманов было двое — родные братья. Старший — Меер Шмульевич Козман (1877-1963) — и младший, Матус (Макс) Шмульевич Козман (1887-1919). Нетрудно заметить, что имена братьев начинаются на одну и ту же букву "М", и когда написано "М. Козман", то порою трудно определить, о ком идет речь. Оба были издателями, оба в разное время владели типографиями, но типография Матуса называлась "Печатник" (открыта была в 1914 году), и все, что он издавал, имело гриф "Издание типографии "Печатник" М. Козмана". Все, что издавал старший брат Меер, выходило под маркою "Книгоиздательство М.С. Козмана в Одессе". Отсюда вывод — брошюра о Распутине увидела свет в типографии Матуса Козмана.
В типографии "Печатник" Матуса Козмана в разное время печатались: "Крестьянин и рабочий", орган одесского комитета социалистов-революционеров; журнал "Одесский печатник" (ноябрь 1917 г.); семь номеров газеты на еврейском языке "Унзер ворт" ("Наше слово"), органа одесского районного комитета Еврейской объединенной партии. Матус Козман занимался и издательской деятельностью.
В одной из его брошюр перечислены издания типографии "Печатник": Х. Рыт "Борьба за власть в русской революции 1917 года", "Коалиционное правительство и пролетариат", К. Либкнехт "Пауки и мухи, или Капиталисты и пролетариат", В. Бракке "Долой социал-демократов", А. Сигов "Как Николай Романов отрекся от престола" и другие политические брошюры.
Отношения между братьями были довольно сложными. Старшего брата Матус называл буржуем и эксплуататором. Матус, будучи по натуре человеком высоких идеалов, благородным, верящим в торжество справедливости, проникся идеями коммунизма и вступил в подпольную коммунистическую партию. Вскоре, при правлении большевиков в Одессе, он стал комиссаром печати.
В 1919 году, когда Одесса перешла в руки белых, Матусу необходимо было срочно скрыться. Он отправился в глухое местечко Мурафа, находившееся недалеко от Жмеринки. Там жил и работал земским врачом его старый друг, многие годы безнадежно любивший супругу Матуса. Дом единственного земского врача во всем районе был полной чашей, и все это было гостеприимно предоставлено Матусу. Он жил спокойно, много читал в заброшенных аллеях сада, занимаясь самоусовершенствованием, никуда не выходил, ибо в местечке находились белые. Он мог там надежно переждать тревожные времена, но судьба рассудила иначе: в Мурафе трагически оборвалась жизнь тридцатидвухлетнего издателя и типографа Матуса Козмана.
Представители местной интеллигенции — учителя, священник, судья — предложили доктору Школьнику (так звали человека, приютившего Матуса Козмана) устроить званый обед, пригласив на него нескольких белых офицеров. Известный в небольшом местечке как друг доктора и образованный интеллигентный человек, Матус не мог отказаться от приглашения. Вначале все шло спокойно, и Матус наряду с другими принимал участие в общей беседе. Когда же гости изрядно выпили, офицеры стали резкими словами поносить идеи коммунизма и коммунистов. Матус не выдержал и стал возражать, вступившись за то, что было для него священным. Это стоило ему жизни. Отведя за несколько верст от Мурафы, офицеры расстреляли его, подвергнув при этом доктора Школьника домашнему аресту.
Отдав дань памяти всем участникам создания брошюры, не назвав имен автора, составителя и издателя, можно коротко рассказать о содержании этого издания. В нем три работы: показания Сергея Труфанова (Илиодора) по делу обвинения его по первой части 103 ст. уголовного уложения (политическое преступление) в тесной связи с личностью Григория Распутина, датированные 1 мая 1914 года; небольшая статья "В распутинском вертепе" и похоронный марш "Вы жертвою стали в борьбе роковой".
Несколько смущает содержание первого документа. Не слишком верится, чтобы в 1914 году велось какое-либо следствие в отношении Григория Распутина. Либо этот документ придуман, для того чтобы поверили в его достоверность, либо в нем неправильно указана дата. Ведь следствие могло вестись и после смерти Распутина.
В своих показаниях Илиодор, бывший церковный служитель, рассказал историю своего знакомства с Григорием Распутиным, которого считал своим благодетелем, пророком и царским наставником. Илиодор всюду защищал Распутина, чем вызвал неудовольствие Столыпина. Видя в Илиодоре сторонника и защитника, Распутин расположился к нему доверием и посвящал в свои тайны. Однажды Распутин говорил: "Царь и царица становились передо мною на колени и целовали мои ноги... императрица во всем слушается меня. Когда я прихожу, она кладет голову на плечо мне. Я беру ее на руки свои, жму ее и на руках ношу ее. Я хожу по дворцу, как по своему дому". Одновременно с рассказами о царской жизни Распутин постепенно посвящал Илиодора в тайны своих "исключительных подвигов".
Видя в Илиодоре истинного друга, Распутин пригласил однажды его в гости к себе домой, в село Покровское Тюменского уезда. В Россию Распутин приезжал в грязной старой одежде, но оказалось, что он располагал прекрасным домом с шикарной обстановкой, наполненным драгоценными царскими подарками и богатейшим гардеробом прекрасных шуб и бобровых шапок.
В небольшой статье "В распутинском вертепе" известный психиатр академик Бехтерев рассказывает об обращении Г. Распутина с великосветскими женщинами.
Не будем писать о непристойных подробностях, изобличающих грубого грязного мужика, дорвавшегося до высот всеобщего почитания. Пусть не подумает читатель, что автору приятно смаковать грязные дела Григория Распутина. Просто брошюра о нем дала возможность помянуть братьев Козманов, сделавшим немало в издательской жизни дореволюционной Одессы.

Мирон БЕЛЬСКИЙ.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.