На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

ДАЙДЖЕСТ

БРАТЬЯ И СЕСТРЫ ВО ИМЯ ТРУДА!

"Совершенно секретно
Начальнику Киевского губернского жандармского управления, 27 августа 1912 года Телеграммой от 5 августа начальник Петербургского охранного отделения сообщил мне о том, что из Петербурга выехал в Бердичев член партии социалистов-революционеров чашниковский мещанин Витебской губернии Раппопорт, носящий кличку Ан-ский, за которым нужно установить наружное наблюдение.
Агентурным путем выяснено, что Раппопорт имеет в городе Староконстантинове и местечке Полонном Волынской губернии художественные (фотографические, — В. Д.) ателье (и в одном из них в м. Полонном Юдовин работает подмастерьем), что будто бы Раппопорт состоит членом Центрального комитета партии социалистов-революционеров и разъезжает по делам организации по разным городам, недавно был он в г. Петербурге, затем в г. Вильно, где состоялся какой-то съезд социалистов-революционеров.
Раппопорт постоянно проживает в городе Вильно, но так как там он известен администрации своей политической деятельностью, он переселился в местечко Полонное, где его не знают, и там открыл художественное ателье, чем предполагает замаскировать свое пребывание там по организационным делам. По тем же сведениям, Юдовин также принадлежит к организации социалистов-революционеров.
В Бердичев же Юдовин приезжает специально за покупкой стекол для художественных работ..."

Так, согласно донесениям наружного наблюдения Департаменту полиции, выглядела первая этнографическая экспедиция Ан-ского летом 1912 года. С точки зрения филеров, по Волыни с малопонятными для них целями путешествует не писатель, поэт, этнограф Семен Акимович Ан-ский, а видный революционер-народник Шлойма Раппопорт — бывший политэмигрант, ордер на арест которого был выписан еще в 1894 году, бывший личный секретарь Петра Лаврова, один из основателей и член ЦК партии социалистов-революционеров.
При всей анекдотичности умозаключений полиции в чем-то она была права. Стекла были нужны "подмастерью" Ан-ского в том числе и для того, чтобы фотографировать по указаниям "мастера" еврейских ремесленников и рабочих, причем не только с этнографическими, но и с "политическими" целями. Эти фотографии — не обычное для того времени коллекционирование типов, не этнографическая фиксация традиционных промыслов и орудий труда, а целенаправленное созидание художественных, публицистических по своему звучанию, портретов евреев-тружеников.
Ан-ского справедливо называют "отцом еврейской этнографии и фольклористики". Круг его интересов в этой области был весьма широк: это и народные обычаи, и исторические предания, и хасидские легенды, и детский фольклор, и народное искусство. Все эти темы нашли отражение в сочинениях Ан-ского (прежде всего — в знаменитом "Дибуке") и в экспедиционном фотоархиве.
Но среди разнообразных пристрастий Ан-ского в центре его работы — не только политической, но также научной и художественной — всегда оставалась тема "трудящихся". Интерес Ан-ского к рабочим, их быту и культуре, носил, что не совсем обычно для народника, давний и систематический характер. "Уйдя в народ", Ан-ский провел немало времени среди шахтеров Донбасса, посвятил им ряд очерков. Его первая фольклористическая работа — "Шахтерские песни" (1887 г.). Впоследствии он также написал несколько заметных статей по "рабочему вопросу", перевел на идиш "Интернационал".
Ан-ский заслуженно гордился тем, что его стихотворение "Ди Швуэ" ("Клятва") стало народной песней, боевым гимном Бунда — еврейской социал-демократической партии. "Клятву" часто называли "Еврейской Марсельезой":

Братья и сестры
во имя труда!
Все, кто без дому,
без крова, сюда!
Взвилось ваше знамя
с победным напевом,
окрашено кровью,
развеяно гневом.
Перед великою жатвой
страшной
клянемся мы клятвой:
слезами и кровью,
враждой и любовью
клянемся!
(Перевод В. Жаботинского.)

Однако Ан-ский не был социал-демократом. В деятельности Бунда его привлекала не марксистская программа, а то, что широкие массы рабочих, пробуждаясь к политической активности, осознавали свое человеческое достоинство.
Ан-ский полагал, что еврейский народ нуждается в спасении и что средства для этого спасения он должен обрести в себе самом, в своей наиболее "здоровой" части — в среде еврейских трудящихся.
Еще в 1905 году Ан-ский писал:
"Для нормальной жизни евреям раньше всего недостает не территории, а нормального национально-государственного организма. Недостает крестьянства, недостает правильного рабочего класса, недостает органов национальной жизни. До сих пор у евреев (...) была сковывающая национальная идея, не дававшая распасться: Талмуд, мессианизм. Нельзя заменить эту железную рубашку другой, мессианизмом палестинским или идеей территории. Надо воспитать народ к национальной жизни. И тогда, как у здорового организма, у народа самого явится тоска по территории, по государственной жизни".
Народническая вера в стихийно здоровые начала народной жизни, в необходимость отыскания этих начал лежит в основе деятельности Ан-ского-этнографа. Собственно, задачи "спасения" и "созидания народа" стали отправной точкой для организации этнографических экспедиций. Характерно, что план экспедиций, доложенный перед их началом Ан-ским профессиональным этнографам и историкам, вызвал у них глубокое непонимание: они не увидели в нем научных задач, а общественные показались им утопичными.
Между тем Ан-ский, оставаясь верным своему народническому прошлому, предполагал черпать именно в обычаях, традициях, социальных практиках и фольклоре материал для "созидания народа", органические формы "народного социализма". Подобно тому, как ортодоксальные народники находили зачатки социализма в русской сельской общине, Ан-ский усматривал зачатки современного рабочего движения в уставах традиционных ремесленных братств XVIII — XIX веков.
Все, что делает Ан-ский как революционер, поэт, публицист, исследователь, — все это существует в неразрывном единстве.
В экспедициях, особенно в течение первого экспедиционного сезона летом 1912 года, Юдовин (явно вдохновленный Ан-ским) создает десятки фотографий "людей труда". Это не только изображения ремесленников, занятых традиционными промыслами, но и "неэтнографических" фабричных пролетариев. Фотографии рабочих, одни из лучших в фотоархиве экспедиций, представляют собой своего рода "парадные портреты": дерзкий революционер-слесарь, могучий кузнец, старик-столяр. Многие фотографии выглядят точными иллюстрациями к произведениям Ан-ского, написанным не после, а задолго до экспедиций.
Особое место в череде портретов занимают фотографии кузнецов. Само слово "кузнец" было в русской демократической и социалистической литературе начала ХХ века знаковым. Кузнец — это кузнечный молот, символ сокрушающей и одновременно созидающей революции. Фотографии кузнецов — наиболее постановочные из всех изображений рабочих. В них Юдовин явно обращается к художественному языку социалистической пропаганды.
Также особое место в фотографиях занимает изображение артелей и фабрик. Болезненной проблемой для еврейских социалистов марксистского толка было почти полное отсутствие в еврейском населении черты оседлости "правильного" рабочего класса: большинство трудящихся составляли ремесленники-кустари. Это создавало очевидные трудности в организации пропаганды, стачечного и революционного движения. Ан-ский марксистом не был, но совместный труд, как любая форма совместной деятельности, ему казался залогом рабочей солидарности, источником нового рабочего самосознания и достоинства. Именно поэтому любые формы коллективного труда: артели веревочников, папиросников, ткачей — привлекают особое внимание Ан-ского. Как ни пародийно выглядит в качестве "гиганта индустрии" спичечная фабрика в Ровно, она становится предметом подробного фотоисследования.
Наибольшее количество фотографий ремесленников и рабочих приходится на 1912 год, на первую экспедицию. Тем не менее, еврейские рабочие, "братья и сестры во имя труда", продолжают до самого конца жизни Ан-ского оставаться и предметом его пристального интереса, и той идеальной аудиторией, до которой он мечтает донести результаты своих исследований и своего творчества.

Валерий ДЫМШИЦ, "Ами" (Санкт-Петербург).

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.