На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

Великий Эмиль Гилельс


(Окончание. Начало в № 551.)

Победы, одержанные на международных конкурсах (в 1936 году в Вене и в 1938-м — в Брюсселе, на конкурсе имени Эжена Изаи), подняли Э. Гилельса на музыкальный Олимп. В те годы на различных конкурсах побеждали пианисты Я. Зак, Я. Флиэр, Т. Гольдфарб, Р. Тамаркина.
Но Э. Гилельс был недосягаем. И рядом всегда была Б.М. Рейнгбальд. Ей было присвоено звание профессора, вручен орден Трудового Красного Знамени. Совет народных комиссаров Украины подарил ей рояль фирмы "Бехштейн".
Между Б. Рейнгбальд и Э. Гилельсом было огромное взаимопонимание. К сожалению, этого творческого контакта недоставало в отношениях Э. Гилельса и Г. Нейгауза, который признавался: "С такими, как Гилельс, наилучшим методом было бы — кроме прохождения положенного репертуара — ежедневное чтение с листа, предпочтительно в четыре руки, ознакомление со всей неисчерпаемой камерной и симфонической, да и всякой другой — "внефортепианной" — литературой. При таком стихийном пианистическом виртуозном даровании, как у Гилельса, широкое ознакомление с музыкой — самое верное средство для быстрейшего развития таланта". Но Г. Нейгауз этот метод в отношении Э. Гилельса почти не практиковал. По его собственному признанию, "в порядке критики и самокритики скажу, что музицирование, игру в четыре руки и т. д., которые я считал самым лучшим средством развития таланта такого пианиста, как Гилельс (конечно, и других молодых пианистов тоже), я с ним практиковал очень редко, главным образом во время эвакуации в Свердловске (в годы войны), да и то недолго, так как мы вскоре расстались".
В годы Великой Отечественной войны широко развернулась концертная деятельность Э. Гилельса. Он выступал по всей стране в тылу и перед воинами Красной Армии на фронтах войны, в блокадном Ленинграде. В перерывах между боями на грузовой машине привозили рояль, и Гилельс играл ярко, темпераментно, вдохновенно. Солдаты, затаив дыхание, слушали эту волшебную музыку, и гордостью наполнялись их сердца.
Концертная деятельность Э. Гилельса в годы войны, как и творчество многих артистов, поэтов, художников, музыкантов, опровергала известное изречение: "Когда говорят пушки — музы молчат". Более к этому героическому времени подходила мысль, выраженная в поэтических строках В. Лебедева-Кумача:

Кто сказал, что надо бросить
Песню на войне?
После боя сердце просит
Музыки вдвойне.

Исполняемая Э. Гилельсом музыка достигала глубокого эмоционального напряжения, драматизма, и в то же время она передавала изящную душевную боль, горечь разлуки с близкими, мучительные страдания, выпавшие на долю народа. Но всегда побеждали оптимизм и свет, излучаемый трактовкой произведений Бетховена, Шопена, Листа.
Упомянутый выше И. Динец рассказал в своей статье, как Б. Рейнгбальд, живя в эвакуации в Ташкенте, случайно после тяжелого рабочего дня попала в кинотеатр. Перед фильмом показывали киножурнал. Сидя в темном зале с закрытыми от усталости глазами, она услышала полонез Шопена. "Берту Михайловну словно ударило током. Она не могла ошибиться — среди всех других звуков рояля она всегда узнавала эти. Так играл этот полонез только он… Она открыла глаза. Лесная поляна. Грузовик с опущенными бортами, и на нем — рояль. А у рояля — Эмиль Гилельс, как всегда, внешне спокойный, играющий для солдат. Болезненно сжалось сердце. Она медленно пошла к выходу…"
В 1944 году, вернувшись в освобожденную Одессу, Б.М. Рейнгбальд столкнулась
с бессердечно грубым отношением руководителей различных уровней — от начальника ЖЭКа и ректора консерватории до секретаря обкома партии. Она просила прописку и работу и надеялась, что ей вернут ее квартиру и рояль. Получая везде отказ, доведенная до отчаяния, она ушла из жизни.
Гибель Б.М. Рейнгбальд, как и недавняя смерть П.С. Столярского, потрясла Э. Гилельса. Свою любовь и признательность Берте Михайловне он выразил лаконичной, но очень глубокой надписью на памятнике: "Дорогому учителю-другу". А через тридцать лет, в октябре 1974 года, Э. Гилельс дал в Одессе концерт, посвятив его памяти Б. Рейнгбальд. На сцену он вышел с черной лентой на рукаве. В этот вечер он исполнял любимые произведения Берты Михайловны Рейнгбальд.
Эмиль Григорьевич был женат на необыкновенной по своему внутреннему миру, доброй и преданной Фаризет Меликсетовне, пережившей в детстве трагедию сталинских репрессий, уничтоживших ее родителей. Газета "Советская культура" писала в 1990 году:
"В десять лет она (Фаризет, — С. К.) осталась сиротой: родители репрессированы, мать расстреляна в тюрьме, отец погиб в лагере… Так что и тут, в самой страшной для страны беде, Гилельс не остался в стороне. И его коснулось".
В послевоенные годы Э. Гилельс гастролировал по всему миру. На родине он получал награды, премии, звания — самые высокие и самые престижные. С 1952 года он — профессор Московской консерватории, в которой преподавал с 1938 года. В 1946 году ему была присуждена Сталинская премия, а в 1962-м — Ленинская. В 1954 году присвоено звание Народного артиста СССР, а в 1976-м — Героя Социалистического Труда.
Гастроли, триумф, овации, хвалебные рецензии — все было, но не было главного: реальной оценки гения. За рубежом легче дышалось. Все это воспринималось им весьма болезненно. Он мечтал быть свободным. Но уехать не хотел, не мог. Понимал, что вне этой страны жить не сможет.
Отдавал всего себя музыке. Играл много, вдохновенно, неистово, гениально. Главным в его жизни всегда был рояль.
Необыкновенно любил жену и дочь Елену, замечательную концертирующую пианистку. Радовался успехам своей младшей сестры Лизы Гилельс — талантливой скрипачки, ученицы П.С. Столярского, который ему, Эмилю, еще в детском возрасте привил любовь к ансамблевой игре.
Затем, спустя годы, камерно-ансамблевое музицирование станет частью его концертной деятельности в содружестве с такими великими музыкантами, как Л. Коган и М. Ростропович, в фортепианных дуэтах с Я. Заком.
Приезжая в Одессу, Э. Гилельс любил гулять по улицам родного города. Его можно было встретить на Приморском бульваре, Дерибасовской, в Аркадии. Встречался с друзьями — музыкантами Л.Н. Гинзбург, С.Л. Могилевской, Г.И. Лейзерович, своим школьным товарищем-одноклассником Б.Ф. Диким, отцом профессора Одесской музыкальной академии Ю.Б. Дикого, приходил на могилу Б.М. Рейнгбальд — поклониться праху любимого Учителя.
Доподлинно известно и документально подтверждено, что первый педагог Э. Гилельса — Я.И. Ткач — в 20-е годы прошлого столетия работал в музыкальной школе, которая находилась и сегодня располагается в Малом переулке, 4, и не исключено, что именно здесь начинал приобщаться к музыке будущий великий пианист.
Дирекция школы вот уже длительное время добивается присвоения этому учебному заведению имени Эмиля Гилельса.
Но пока безрезультатно.
Положительное решение этого вопроса явилось бы выражением глубокого уважения Одессы к памяти своего земляка, которая жива в нашем городе. Именно в Одессе были проведены конкурсы памяти великого пианиста. Победителем I Международного конкурса был студент Одесской консерватории имени А.В. Неждановой У Цунь (класс профессора Г. Поповой).
Девяностолетие со дня рождения Э. Гилельса Одесса отметила проведением III Международного конкурса, в котором участвовали пианисты из Франции, Японии, Германии, США, Китая, Кореи, России, Грузии, Армении, Украины. Первую премию завоевал юный музыкант Павел Колесников из Новосибирска. Вторую получили А. Пироженко и А. Чернов. В числе лауреатов, разделивших третью премию, жюри назвало аспиранта Одесской музыкальной академии Г. Кожухаря (класс профессора А.Г. Харченко).
В середине девяностых годов ушедшего века в Одессе, в переулке Чайковского (Театральном), на доме № 4 была установлена мемориальная доска:
"Здесь жил…".

Семен КОГАН.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.