На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

ПО СЛЕДАМ ДИПЛОМА СТУДЕНТКИ...


Публикуя статьи об ушедших деятелях печатного дела Одессы, всегда лелею надежду, что, может быть, где-то еще живы родственники, наследники или просто знакомые упомянутых людей и они откликнутся, дополняя мою публикацию неизвестными подробностями. Таких случаев немного, но бывают приятные неожиданности, после которых появляется возможность значительно расширить наши знания о незаслуженно забытых героях прошлого. 20 сентября прошлого года, рассказывая о книгопродавце Ш. Бакале, я упомянул имя Фаины Дозорец, ничего тогда не зная о ее дальнейшей судьбе. Подготавливая статью к публикации, я наводил о ней справки у Сергея Лущика, но он ничего нового мне рассказать не мог.
Вскоре у меня в квартире раздался телефонный звонок: радостным, интригующим голосом С. Лущик сообщил, что интересующая нас особа, Фаина Дозорец, прилетела на несколько дней из Филадельфии и поселилась у хозяйки по улице Уютной, напротив дома Сергея Лущика. А я даже не знал, жива ли она вообще. По не зависящим от меня причинам встретиться с ней мне не удалось, но по телефону я получил от нее ответы на интересующие меня вопросы, и это заставило меня вновь обратиться к ее личности, ибо полученная информация оказалась необычайно интересной. Позже мы обменялись письмами.
В 1968 году Фаина Дозорец оканчивала заочно Московский полиграфический институт. Для защиты дипломной работы была выбрана тема "Книжная торговля в Одессе". Прежде чем рассказать о необычной судьбе дипломной работы, представим читателю Фаину Константиновну Дозорец. Родилась она в Одессе, в доме по Пушкинской, 54. Отец Константин Моисеевич и мать Хая (Клара) Иосифовна родились в 1896 году. Отец был простым рабочим, до революции владел небольшой мастерской по ремонту велосипедов (умер в 1971 году), а мать управлялась в домашнем хозяйстве (умерла в 1981 году).
Шестнадцатилетняя Фаина в 1941 году с отцом, матерью и братом Леоном эвакуировались в Сталинград, откуда перебрались в Чкаловскую область, где жили до окончания войны. В Одессе брат работал преподавателем математики, сейчас проживает в США, во Флориде.
Фаина Константиновна окончила 101-ю одесскую школу и устроилась на работу в книжный магазин № 1 облкниготорга, где проработала на складе много лет. Закончила трудовую деятельность в должности товароведа склада книжно-канцелярских товаров базы Одесского военного округа.
Родители Фаины Константиновны никакого отношения к книжной торговле не имели. А родной брат отца, ее дядя, земледелец колонии "Добрая" Менаше (Менахем) Мовшев Дозорец до 30-х годов прошлого века занимался книжной торговлей. Кроме того, Фаина приходилась внучатой племянницей крупнейшему дореволюционному книгопродавцу, владельцу двух книжных магазинов и типографии в Одессе, издателю Якову Хаимовичу Шерману (1855 — 30-е годы ХХ столетия). Это обстоятельство позволяет мне несколько отклониться от рассказа о Фаине Дозорец и рассказать о судьбах Я.Х. Шермана и М.М. Дозорца.
О Я. Шермане и его книготорговой деятельности мною написано несколько статей. Сегодня я могу добавить со слов Ф. Дозорец лишь то, что ранее мне было неизвестно.
М.М. Дозорец вначале был приказчиком по книжной торговле, а в 1913 году пожелал иметь собственное дело. 1 марта 1913 года ему было выдано свидетельство № 52 на право книжной торговли в доме № 44 по улице Пантелеймоновской. В документах было указано, что ему 29 лет, что жену его зовут Сура (ей — 26 лет) и у них трое детей — дочери Клава, Бетти и сын Яков. При этом никаким имуществом они не располагали (очевидно, имелась в виду недвижимость). 15 октября того же года Менахем Мовшев перевел свои занятия по продаже книг в дом № 52 на той же улице, по месту жительства, а в списках заведений книжной торговли за 1915 год указан новый адрес заведения: ему разрешалось продолжать книжную торговлю по улице Большой Арнаутской, 49.
Дальнейшая карьера М.М. Дозорца складывалась следующим образом. Яков Хаимович Шерман был дядей братьев Дозорцев. По словам Фаины Константиновны, Шерман совместно с племянником Менахемом Дозорцем в 1917 году после смерти известного еврейского писателя Менделе Мойхер-Сфорима приобрели его книжный магазин, который находился на углу Ришельевской и Большой Арнаутской. Почему при этом я ссылаюсь на Фаину Константиновну? Ни в каких списках заведений книжной торговли я не встречал среди владельцев магазинов фамилии Менделе Мойхер-Сфорима и позже Шермана в компании с Дозорцем как владельцев вышеуказанного заведения.
Объяснение тут может быть лишь одно: приобретение магазина после смерти писателя происходило в конце 1917 года, когда в Одессе было полное безвластие, никто не занимался оформлением купли-продажи торговых заведений, и никакого учета владельцев этих заведений не было. Что касается Менделе Мойхер-Сфорима, то, возможно, он стал владельцем заведения в том же 1917 году и был им непродолжительное время, так как вскоре ушел из жизни. В дипломной работе Фаина Константиновна писала, что "магазин продолжал торговать до 1929 года". Спустя несколько лет М. Дозорца — как "лишенца", то есть нетрудового элемента, лишенного всех прав, — выслали из Одессы в село, где он трудился продавцом канцелярских товаров.
Шермана Фаина Константиновна никогда не видела и не помнит его, в семье ее родных хранился его портрет, но портрет пропал во время войны. Где и когда родился Шерман, она не знает, но полагает, что в Кировограде (до 1924 года — Елисаветград), потому что все Дозорцы выехали в Одессу оттуда, а сестра Я. Шермана была замужем за дедушкой Фаины Константиновны. Семья у Дозорца, то есть у деда, была большая, и Шерман забрал двух племянников в Одессу. Однако по его стопам пошел лишь Менаше. По словам родственников, Я. Шерман преподавал в гимназии "мертвые" языки, то есть языки, на которых никто в те времена уже не разговаривал: древнееврейский, древнегреческий и др., — а магазином управляла его первая жена, "немецкая еврейка". После ее смерти Яков Хаимович начал сам заниматься книжной торговлей и издательской деятельностью.
В 1929 году частный магазин Я. Шермана и его компаньона М. Дозорца был закрыт. Яков Хаимович, которому тогда было около 75 лет, прекратил книготорговую деятельность. Жил он в однокомнатной квартире на улице Чкалова, получая материальную помощь от троих сыновей, живущих за рубежом.
Умер в начале 30-х годов после заболевания гриппом в тяжелой форме, на руках отца Фаины Константиновны. Произошло это следующим образом. Родственники собрались отмечать день рождения дочери Менаше. Во время именин жена Менаше попросила отца Фаины помочь ей перестелить постель Шермана. Отец ушел и долго не возвращался, а когда вернулся, сообщил о смерти Якова Хаимовича... В письме, присланном из Филадельфии, Фаина Константиновна пишет: "Единственное, что я помню, это его могилу на старом еврейском кладбище. Даже и сейчас помню место, где находилась его могила". К сожалению, старое кладбище давно уничтожено, и отыскать могилу Якова Хаимовича сегодня просто невозможно.
Уникальная библиотека Шермана частично попала в семью Фаины Дозорец, остальное разошлось по разным людям. Во время войны, при эвакуации, библиотека Я. Шермана осталась в Одессе и, естественно, исчезла.
Сейчас Фаина Константиновна живет в Филадельфии, там же проживает с семьей ее сын Григорий Хлыбов, окончивший институт связи в Одессе. В настоящее время работает инженером-электриком в крупной фармацевтической фирме.
В США Ф. Дозорец приехала в пенсионном возрасте, и ей сразу дали пособие по старости. Живет она в государственном доме, никакой деятельностью не занимается...
Но вернемся к дипломной работе Фаины Дозорец, которая не потеряла своей ценности для тех, кто серьезно занимается историей книжной торговли в Одессе. По традиции те, кто заочно учился в высших учебных заведениях, исполняли свою дипломную работу в нескольких экземплярах, один из которых предназначался для руководителя предприятия, в котором трудился дипломант. Ф. Дозорец один из экземпляров дипломной работы принесла в облкниготорг. Вскоре ее дипломная работа оказалась на рабочем столе заместителя директора облкниготорга, а спустя некоторое время исчезла. Ее просто украли или взяли на время и забыли вернуть?! Как бы там ни было, но работа неведомыми путями попала на глаза старейшему послевоенному книжнику и библиофилу, одному из основателей секции книги в Доме ученых Натану Марковичу Спектору (1905 — 1987). Уезжая в США, Фаина Константиновна свой экземпляр дипломной работы отдала в Одесский литературный музей, где он, очевидно, сейчас и находится.
Ознакомившись с содержанием дипломной работы Ф. Дозорец, Натан Маркович по достоинству сумел оценить ее труд и, посчитав, что работа сия может быть полезной и интересной многим, отпечатал ее на пишущей машинке и переплел в твердую обложку в 5 — 6 экземплярах. Все это было проделано без разрешения автора, что вызвало ее неудовольствие. Разговоры о том, что он это сделал для продажи, беспочвенны, ибо это было затеяно в таких мизерных масштабах, что не могло принести исполнителю никакой выгоды. Мне был такой экземпляр подарен, потому что Натану Марковичу был известен мой интерес к этому вопросу.
Чем же любопытна дипломная работа Фаины Дозорец? Никто до нее, за все время существования города до советских времен, в таком объеме не затрагивал вопросы книжной торговли в Одессе. В конце своего труда Фаина Дозорец приводит список литературы, которой она пользовалась. Не считая архивных данных и одесской периодики, в списке названо около пятидесяти источников, в основном — дореволюционных авторов. Просто не верится, что ей удалось проработать такой объем литературы во время преддипломного отпуска. Не исключено, что она пользовалась готовыми сведениями, полученными от кого-либо из работников научной библиотеки университета.
В газетной статье нет надобности пересказывать всю историю книжной торговли дореволюционной Одессы, однако, необходимо отметить, что дипломантке удалось назвать многие фамилии владельцев книжных заведений, сведения о которых сегодня не так просто найти. О многих из них в работе можно найти весьма любопытные подробности, касающиеся их личной жизни, торговых дел, участия в общественной жизни и т. п.
Перечислять фамилии одесских книгопродавцев в этой статье — дело безнадежное. Всех не назовешь, отмечу лишь некоторых: Клочков — владелец первого российского книжного магазина, Золотов и Картамышев, Григорьевы, Карианди (книжная лавка), Рубо (торговля французской книгой), Штюрц (торговля немецкой книгой). Среди владельцев еврейских книжных магазинов следует назвать фамилии Мордуховича, Швагера (книжный магазин "Знание"), братьев Блетницких, Рывкина, Шапсовича, Шермана и мн. др.
Развитие книжной торговли в городе Фаина Дозорец рассматривает неразрывно с историей города, его экономическим процветанием, ростом населения и появлением культурного читателя. Рассказ об успехах книжной торговли сопровождается серьезным анализом причин, способствовавших тому, что провинциальная Одесса занимала в книжной торговле не последнее место среди крупнейших городов Российской империи.
Сорок лет тому назад, когда Фаина Дозорец готовила свою дипломную работу, по известным причинам не принято было как-то оттенять участие евреев в тех или иных общественных явлениях, включая их участие в истории книжной торговли города. Однако, внимательно читая ее работу, необходимо отметить, что если в первые 70 — 80 лет истории Одессы евреи не участвовали в книжной торговле города, то со второй половины XIX века количество еврейских фамилий среди владельцев книжных заведений резко возрастает.
Первые пять книгопродавцев-евреев упомянуты в официальных списках книжных магазинов и лавок в 1871 г. Это были магазины винницкого мещанина Алтера Иельсона (свидетельство 1865 г.), оргиевского мещанина Сруля Футрона (свидетельство 1868 г.), турецкого подданного Абрама Гринберга (свидетельство 1868 г.), одесского мещанина Израиля Вейсберга (свидетельство 1870 г.) и книжная лавка слонимского мещанина Мовши Блетницкого (свидетельство 1871 г.). Для сравнения приведу следующие цифры роста числа евреев-книгопродавцев: в 1897 году из 45 книжных магазинов и лавок 26 принадлежали евреям, в 1909 году в 65-ти из 117 таких заведений хозяевами были евреи, и, наконец, в 1915 году из 133 заведений книжной торговли в 100 торговых единицах владельцами были евреи.
В эти сведения не входят нотные магазины, где также шла торговля книгами, книжные киоски и будки, книжные шкапы, лари и разносная торговля. Причем здесь речь идет только о количественном составе заведений, а не об объемах торговли. Мелким и средним магазинам евреев, имеющим ряд ограничений, трудно было конкурировать с большими магазинами Распопова, Берндта, Я. Натансона, но среди магазинов, владельцами которых были евреи, рассчитывающие на среднего, не очень богатого покупателя, были весьма солидные фирмы М. Козмана, братьев Блетницких, Гальперина, Равницкого и Бялика, Цессарского, Шермана и др.
Установление утерянной связи с Фаиной Константиновной Дозорец спустя почти сорок лет после защиты ею дипломной работы помогло узнать ценные подробности о жизни ее родственника, крупнейшего одесского книгопродавца и издателя Якова Хаимовича Шермана, вспомнить об оригинальной работе студентки по истории книжной торговли Одессы, не имеющей аналогов до сих пор.

Мирон БЕЛЬСКИЙ.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.