На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

К 100-летию со дня рождения Евгения Кибрика и 110-летию со дня рождения Исаака Кипниса

ДРУЗЬЯ


С годами все чаще думаешь о прошлом, вспоминаешь, пытаешься восстановить связь времен. А ведь как просто было в свое время сесть рядом с отцом или его братом и расспросить об их детстве, жизни в Вознесенске или о двадцати годах, проведенных в ГУЛАГе. Но поздно... Отца и дяди уже нет, и остается лишь попытаться реконструировать то прошлое, в котором они жили, опираясь на считанное число фактов, случайно упомянутых ими по разным поводам.
Двенадцать лет назад в городе Васильков (Киевская область) умер брат моего отца, Израиль Моисеевич Чацкий. После похорон я вернулся в Одессу с альбомами фотографий из его архива. Историю двух снимков и одной открытки я хочу рассказать.

...Бывая в Варшаве, я всегда старался пройти по небольшой, широкой, красивой улице в центре города под названием "улица Тадеуша Чацкого". Невольно возникали мысли о происхождении фамилии. Я знал от отца, что Чацкие - выходцы из города Кременец Волынской губернии. Мой дед Моисей Гершевич Чацкий после Кременецкого погрома 1882 года (так черносотенцы отметили первую годовщину гибели императора Александра II) двенадцатилетним мальчиком покинул родные места, пешком добрался до Алешек (ныне Цюрупинск), а затем обосновался в Вознесенске.
Проще всего было предположить, что Тадеуш Чацкий соблазнил прекрасную еврейку, а потом дал ее сыну свою фамилию. Но правда, думаю, более прозаична.
Великий просветитель Польши Тадеуш Чацкий (1765 - 1813) создал в Кременце знаменитый лицей. Заведение было открыто в 1805 году, а закрыто в 1832-м (после польского восстания 1831 года). Когда в Киеве в 1834 году был организован университет, то из Кременца перевезли все, что можно было перевезти: лаборатории, библиотеку. В Киев переехали и большинство преподавателей.
Тадеуш Чацкий был также одним из основателей торгового "Польского товарищества", действовавшего в Одессе. Первое судно этой компании, названное "Фаддей Чацкий" (так на русский язык перевели польское имя Тадеуш), отошло из Одессы в Триест под русским флагом 27 июня 1803 года - с грузом леса, пшеницы и водки.
В научной библиотеке Одесского университета хранятся три тома произведений Т. Чацкого (на польском языке). Среди его произведений - статьи "О названии Украины и начале казаков" (т. 3, с. 320 - 326), а также "Рассуждение о евреях", написанное с желанием уравнять их в правах с гражданами Польши (первое издание - 1807 г., Вильно; второе - 1860 г., Краков).
Чтобы упорядочить законодательство о евреях Российской империи, Александр I в ноябре 1802 года учредил Комитет по благоустройству евреев. К началу XIX века у евреев России не было фамилий, использовались лишь имена, прозвища. Еврейский комитет в "Положении" 1804 года предложил евреям взять фамилии. Этот процесс растянулся на многие десятилетия. Так вот, более прозаическая версия происхождения фамилии Чацкий - еврейская семья взяла фамилию в память о знаменитом земляке, юдофиле.
Но вернемся к моему деду. В начале 1890-х Моисей Гершевич Чацкий женился на Берте Израилевне Хануковой, стал владельцем аптеки, торгующей готовыми лекарствами. У него родились два сына. Старшего назвали в честь деда со стороны отца - Гершем, младшего в честь деда по материнской линии - Израилем. Дети, преодолев процентную норму, поступили в гимназию, единственную в городе.
Младший, Израиль Чацкий, 1903 года рождения, подружился со своей ровесницей Марусей Кибрик, учившейся в женской гимназии Вознесенска, и стал бывать у них дома. Младший брат Маруси, Женя, 1906 года рождения, впоследствии стал известным художником.
В 1920 году двадцатитрехлетний Герш Чацкий приехал в Одессу и поступил на строительный факультет политехнического института. Через два года в Одессу переехали девятнадцатилетний Юзя (так звали Израиля в семье) и шестнадцатилетний Женя Кибрик.
"Все вознесенцы отправлялись в Одессу, так как шесть часов поездом - это не далеко и не страшно. Так, в товарном вагоне, переполненном спекулянтами, впервые оставил родной Вознесенск", - писал впоследствии Е. Кибрик.
Юзя в Одессе поступил в строительное училище (располагалось на ул. Льва Толстого), где в это время учился будущий "отец космонавтики" С.П. Королев, а Женя - в художественный институт. Первый год Е. Кибрик учился в мастерской знаменитого художника П.Г. Волокидина, затем перешел в мастерскую художника Т.Б. Фраермана, "потому что меня очень привлекала компания его студентов (...) очень интересно делали институтскую стенгазету, где прекрасно выполнял графику Миша Муцельмахер" (Е. Кибрик).
Зима 1925 года стала для художника особенно тяжелой - нечем было топить. В центре небольшой комнаты, где жил Женя, стоял чугунный казанок для отопления углем, но денег на уголь не было. Однажды Женя, сорвав картонный переплет с "Истории философии", сунул его в казанок, поджег и вскипятил воду в чайнике. Теперь каждый вечер у него было топливо: за переплетом пошла в ход книга, за "Философией" отправились остальные книги, за ними - картины. Сначала
- те, которые он считал менее удачными (и прежде всего - юношеские рисунки), а затем Женя стал снимать со стен и свои лучшие работы, считая, что нечего их хранить, так как позже научится рисовать еще лучше. К концу зимы он сжег все, что было горючего.
В 1976 году в письме к Юзе Чацкому Женя писал: "Ты вспоминаешь женский портрет. Удивительное совпадение - одновременно с твоим письмом я получил письмо из Одессы, от Муси Браун, которую писал. Она тоже вспоминает портрет. Как мне жаль, что погибли все мои ранние работы и этот портрет в том числе. Все бы отдал, кажется, за то, чтобы хотя бы посмотреть на свои работы тех лет... Увы!".
После трех лет обучения в Одесском художественном институте Женя Кибрик вместе с товарищем по институту уехал в Ленинград учиться в Академии художеств. Оказалось, что перевестись нельзя - ребята были из другой союзной республики. Нужно было держать экзамены на первый курс. Сдав их, они были приняты в Академию. "Не доверяя профессорам как "буржуазным специалистам" и боясь их персонального влияния на студентов, руководство (Академии, - А. Ч.) в 1925 году изобрело "коллективный" метод преподавания, при котором в один день приходил один профессор, в другой день - другой (начисто отвергавший указания первого), на третий день - третий. И т. д. (...) В Академию я постепенно стал ходить все реже и реже (...) и стал искать ответ на свои вопросы в окружающей художественной жизни" (Е. Кибрик).
Следующие два года Женя добывал деньги на существование, делая надписи на аптечных банках, рекламные плакаты, макеты, диаграммы. К нему из Вознесенска переезжают родители. Е. Кибрик работает в газете "Смена" театральным зарисовщиком, в журнале "Юный пролетарий" - иллюстратором, параллельно оформляет книги в издательствах, а в 1930 году делает свое первое иллюстрированное издание - книгу Ю. Тынянова "Подпоручик Киже".
В 1927 году Е. Кибрик уходит из Академии и последующие четыре года работает с "замечательным, необыкновенным человеком огромной нравственной силы и чистоты, исключительного дарования и удивительного, оригинального ума - Павлом Николаевичем Филоновым" (Е. Кибрик).
А что же Юзя Чацкий? Проучившись некоторое время в училище, он с товарищем отправился в Китай - "делать революцию". До Китая не доехал, остановился в Свердловске (ныне Екатеринбург) и поступил на металлургический завод. Там Израиля Чацкого заметили и направили на учебу в металлургический институт, окончив который, он вернулся на свой завод инженером. К этому времени на заводе стали работать иностранные специалисты - инженеры из США, Англии, Германии. В 1932 году Израиль Чацкий был арестован НКВД как английский, американский и т. п. шпион. На допросах (как он мне рассказывал впоследствии) ему предлагали сознаться в шпионской деятельности, обещая, что он получит пять лет, а если не сознается, то будет десять лет исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ). Он не сознался и получил, как обещали. Но в 1942 году его не освободили - шла война. Он просился на фронт - не разрешили, а освободили лишь в 1946 году.
В 1940 году в ИТЛ Израиль Чацкий встретил врача-хирурга Марию Гришину. До ареста она жила в Киеве и была замужем за офицером Красной Армии. В 1937-м его репрессировали вместе с тысячами других офицеров, а Мусю Гришину посадили - как ЖИР, "жену изменника Родины". В том же 1937 году ее муж был расстрелян.
Оставаясь заключенными, И. Чацкий и М. Гришина сумели зарегистрировать свой брак.
...Творческая жизнь у Евгения Кибрика шла по нарастающей. Осенью 1934 года директор издательства "Время" пригласил его и сказал: "Я слежу за Вашими работами, пора Вам развернуться, сделать все, на что Вы способны. Выберите любую книгу из нашего плана (они издавали иностранную литературу на русском языке, - А. Ч.) и предложите Ваш тип издания, с которым я заранее согласен, сами решите формат книги, количество и характер иллюстраций, технику печатания и т. д."... "Так я заключил договор об иллюстрировании книги Р. Роллана "Кола Брюньон". Работа была закончена через полтора года. Книга вышла в свет в 1936 году уже в Гослит-издате, куда перешел портфель "Времени" после слияния издательств", - вспоминал Евгений Адольфович. В 1937-м на международной выставке в Париже Е.А. Кибрик был награжден серебряной медалью за иллюстрации к повести "Кола Брюньон", а сами иллюстрации (литографии) были приобретены Третьяковской галереей.
...В январе 1940 года в Ленинграде умирает отец Жени.
В 1941-м война настигает сестру Жени, Марусю Кибрик, в Макеевке (Донбасс), где она работает преподавателем музыки. Фашисты расстреляли ее - как еврейку.
Весной 1942 года в блокадном Ленинграде умирает мать Жени...
В 1942 - 1943 годах Евгений Кибрик в Самарканде руководит графической мастерской Академии художеств. В 1943-м он возвращается в Москву (по вызову комитета по делам искусств) и почти сразу же его командируют на зарисовки в Сталинград.
"На много лет определилась тема моего творчества - образ сильного, доброго, хорошего человека (...) И в те годы, и позже меня увлекало изображение человеческого характера больше, чем изображение события (...) Мои иллюстрации к "Тилю Уленшпигелю" Шарля де Костера, "Очарованной душе" Р. Роллана, "Тарасу Бульбе" Н.В. Гоголя, "Героическим былинам", "Как закалялась сталь" Н.А. Островского и "Борису Годунову" А.С. Пушкина - это в первую очередь изображение характеров" (Е. Кибрик).
В 1946 году у Е.А. Кибрика состоялась персональная выставка в МОСХе. В 1948-м ему было присвоено звание Заслуженного деятеля искусств РСФСР и присуждена Сталинская премия за графические листы "Есть такая партия!" и "Ленин в Разливе".
...В годы войны Израиль Чацкий находился в лагере в Казахстане. После освобождения в 1946 году он с женой обосновывается в Джезказгане, где начинает работать инженером на горно-металлургическом обогатительном комбинате. На следующий год Юзя с Марией приезжают к нам в Одессу, и мы проводим незабываемый август в Аркадии. Тогда я впервые увидел своего дядю. Невысокий, стройный, даже худой, он в 44 года выглядел мальчишкой.
Через два года к семидесятилетию Сталина все министерства брали повышенные обязательства, в том числе и Народный комиссариат внутренних дел (НКВД), и дядю снова посадили. Ему инкриминировали пустяк - антисоветский анекдот (это была ложь). И снова осудили на десять лет ИТЛ. После этого с Марией случился инфаркт, она выжила, но хирургом работать не смогла. Овладела специальностью врача-рентгенолога.
Так прошло долгих шесть лет. Помню постоянное страдание отца: "Мало посылаю посылок брату", - и наше хождение на Главпочтамт, отправить посылку в п/о Спасск Карагандинской области.
После смерти Сталина появилась надежда на освобождение. Наконец, в феврале 1956 года получаем долгожданную телеграмму: "Свободен" - и летом 1956 года Юзя и Мария снова в Одессе.
Весной 1958 года, узнав, что в Алма-Ате открылся институт ядерной физики, я решил полететь туда и взять тему для дипломной работы, чтобы, окончив университет, приехать в институт на работу. По дороге я сделал остановку в Джезказгане, где мой дядя снова работал на горно-металлургическом обогатительном комбинате руководителем отдела новой техники. По случаю моего приезда был устроен званый вечер. Были приглашены несколько друзей Юзи и Марии, с некоторыми дружба возникла еще в лагере. Тогда я познакомился с вдовой брата писателя Льва Кассиля и их дочерью. Оказалось, что вдова Иосифа Кассиля Зинаида - большой друг Юзи и Марии еще со времен заключения.
В одесском журнале "Мигдаль" № 34 за 2003 год О. Канунникова в статье "В сторону Швамбрании" пишет: "Иосиф (брат Льва Кассиля, - А. Ч.), талантливый литератор и ученый (...) Когда его арестовали, ему было 30 лет. Жена его была арестована и сослана (...) У Оськи была, судя по "Кондуиту и Швамбрании" еще и маленькая дочь. Выжила ли она? Уехала ли с матерью в ссылку, или ей разрешили остаться в Покровском, у дедушки и бабушки? Ничего про нее не известно".
В ответ привожу фотографию 1958 года, на которой - мой дядя с вдовой и дочерью Иосифа Абрамовича Кассиля.
21 августа 1958 года Юзе исполнилось 55 лет, и он - как металлург - получил право на пенсию.
Сестра Марии жила с мужем в Москве - они занимали одну большую комнату в коммунальной квартире в центре города. Обменяв ее, они получили четырехкомнатную квартиру в Липецке и пригласили туда Юзю с Марией, отдав им две комнаты.
Шли годы, Израиль Чацкий и Мария Гришина были реабилитированы.
В 1965 году мой отец, выйдя на пенсию, приехал в гости к брату в Липецк и скоропостижно, от инфаркта, умер 31 декабря.
В 70-е годы умирает муж сестры Марии, а затем и сестра. После этого Юзя и Мария решают вернуться в Киев, где Мария жила до 1937 года. Но в обмен на квартиру в Липецке они находят жилье лишь в Киевской области, в Василькове, и переезжают туда. Иногда бывают в Москве, навещают Евгения Кибрика.
Жена Е.А. Кибрика вспоминала: "Евгений Адольфович работал всегда. Особенно ценил воскресные дни и праздники, когда ничто постороннее ему не мешало. Когда бывал болен, даже с высокой температурой, писал автопортреты. Его личная жизнь всегда была подчинена искусству. Он был поразительно неприхотлив в жизни, легко мирился с неудобствами. Был увлеченный, необыкновенно чистый и цельный человек, широкий во всех жизненных проявлениях. Это был человек философского склада ума, блестящей памяти, по-детски бесхитростный, жизненно "не гибкий". При всем своем добродушии, был начисто лишен сентиментальности и по натуре был довольно суровым человеком, таким сформировала его нелегкая жизнь".
Евгений Адольфович Кибрик в течение двадцати пяти лет был профессором Московского художественного института имени Сурикова, двадцать лет руководил творческой мастерской графики при Академии художеств СССР.
С 1962 года - академик, член Президиума Академии художеств СССР.
Е.А. Кибрик был не только художником, но и Учителем. Педагогика многие годы занимала равное место с его личным творчеством. Он умел и любил преподавать. Ученики его были очень разными, и он помогал каждому найти себя. Увы, в 1978 году его не стало.
В начале 80-х вдова художника передала в дар городу Вознесенск Николаевской области более двух тысяч экспонатов - работы Е.А. Кибрика, его личные вещи, художественную коллекцию. А в октябре 1985 года в центре Вознесенска был открыт музей Е.А. Кибрика - один из немногих персональных музеев, действовавших в СССР.
Хорошо, если и в Одессе на здании художественного училища появится мемориальная доска с именем Евгения Адольфовича Кибрика (1906 - 1978).
Мой дядя Израиль Чацкий обладал редким даром дружить с людьми. Его записная книжка содержала сотни адресов, и на праздники он посылал не менее 150 поздравительных открыток. Во вторую свою "отсидку", в Спасске, он подружился с писателем Исааком Наумовичем Кипнисом (1896 - 1974), который в июне 1949 года был осужден по печально знаменитой 58-й статье "за еврейский буржуазный национализм" и провел в лагере под Карагандой более пяти лет.
В одном из писем домой из лагеря И. Кипнис пишет: "Лето у нас странное - частые дожди и холода". Материальные трудности его не волновали, он полагался на разумность течения жизни: "Б-г даст ЛЭБН и даст ЦУМ ЛЭБН", - т. е. если Б-г дает ЖИЗНЬ, то даст и что-то необходимое ДЛЯ ЖИЗНИ.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда УССР от 21 июня 1957 года сообщила, что постановление особого совещания от 25 января 1950 года отменено, а дело в отношении И.Н. Кипниса прекращено "за отсутствием состава преступления".
Впереди было семнадцать лет жизни, работы, общения с друзьями.
Первое время после возвращения из лагеря Исааку Кипнису было запрещено жить в столице УССР, и он поселился у своей сестры в Боярке под Киевом. Но в 1958-м, получив, наконец, разрешение на проживание в Киеве, И.Н. Кипнис перебрался туда и поселился в доме писателей.
Юзя, приезжая к родственникам жены, навещал своего друга.
Скончался Израиль Чацкий 7 ноября 1994 года. Похоронен он на еврейском кладбище города Васильков.

Александр ЧАЦКИЙ.

Все иллюстрации - из архива автора.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.