На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

Шолом-Алейхем на Малой Бронной

Отрывки из воспоминаний скульптора, создавшего памятник писателю

Летом 1994 года ко мне зашел приятель, который живет в Канаде и имеет какие-то деловые отношения с Россией. Он походил по мастерской, внимательно все рассмотрел, а потом сказал: "Юра, у тебя есть памятники Пушкину и Толстому, Чехову и Горькому. Почему у тебя нет Шолом-Алейхема?" И в это мгновение мне, как по наитию, представилась готовая композиция всей вещи. Дело в том, что в десятилетнем возрасте мне случайно попалась в руки книжка Шолом-Алейхема "Мальчик Мотл". Я прочитал ее и узнал в герое самого себя. К тому времени я был круглым сиротой, и мытарства мальчика Мотла, его жизнерадостность и его бессмертная фраза: "Мне хорошо, я сирота", — стали для меня каким-то примером. Я старался жить таким же образом. Поэтому меня всегда интересовали Шолом-Алейхем и его герои. И когда приятель напомнил о великом писателе, оказалось, что подсознательно у меня композиция будущего памятника уже скомпоновалась. Я уехал на дачу и, проработав там два дня, сделал готовый эскиз, который почти не менялся до самого последнего момента. Разве что обогащался деталями, орнаментом, текстами.
После того как был готов эскиз и мои друзья его одобрили, я сделал рабочую модель высотой 1,6 метра и отлил ее из бронзы. К тому времени мне предложили показать персональную выставку в Международном университете. Я выставил свои работы, а в центре зала поставил композицию "Шолом-Алейхем и его герои". И на мое счастье, в университет с каким-то зарубежным гостем приехал мэр Москвы Юрий Лужков. Его привели на выставку, он походил по ней, увидел эту композицию и сказал: "Почему бы нам не поставить в Москве такой памятник?" Причем он об этом не забыл и дал распоряжение главному архитектору Москвы рассмотреть вопрос. Через несколько месяцев на заседании Моском-архитектуры было принято решение о поддержке сооружения памятника Шолом-Алейхему в Москве.
Я был очень обрадован и на душевном подъеме сделал рабочую модель в размер будущего памятника, отлил ее из бронзы.
Моим соавтором в дальнейшей работе стал архитектор Гарри Копанс. Мы с ним сошлись в понимании стоящих перед нами задач и очень быстро нашли под памятник замечательное место в центре старой Москвы, на Малой Бронной. Выбор пал на это место потому, что рядом находится здание, в котором долгие годы размещался знаменитый Государственный еврейский театр (ГОСЕТ), где в пьесах по произведениям Шолом-Алейхема играл великий актер Соломон Михоэлс, а декорации создавали такие художники как Шагал, Штеренберг, Тышлер. Кроме того, неподалеку, на Большой Бронной, находится так называемая синагога Полякова. В годы Советской власти в ней размещались клуб, школа, склад, а в конце 1980-х здание было возвращено еврейской общине. На наш взгляд, выбранное для памятника место, соседствующее с бывшим ГОСЕТом и активно функционирующей синагогой, освящено еврейским духом.
Мы сделали проект, худсовет Министерства культуры Российской Федерации совместно с советом комитета по культуре правительства Мо-сквы приняли этот проект, причем с хорошей формулировкой. Был подготовлен проект решения правительства Москвы, а Юрий Михайлович Лужков написал резолюцию: "Ищите спонсора".
Оказалось, что я не умею искать спонсоров, у меня другая профессия… Я обращался в различные еврейские организации, разместил информацию в Интернете… Модель уже была отлита в бронзе, готовы рабочие чертежи, но денег по-прежнему не было. Наконец, я встретился с Иосифом Кобзоном. Благодаря его содействию меня через несколько дней пригласили в офис группы компаний "Русское золото", которая согласилась финансировать проект. От эскиза памятника до этого момента понадобилось "всего" шесть лет…
Правда, в итоге в "Русском золоте" согласились финансировать только треть расходов, предусмотренных первоначальной сметой. И мы с Гарри Копансом, утирая слезы, начали "резать по живому". Пришлось уменьшить до минимума площадку, отказаться почти от всех гранитных работ. Но, так или иначе, композиция была установлена. 26 декабря 2001 года состоялось открытие.
Открытие памятника превратилось в праздник, который долго вспоминали местные жители. Была хорошая зимняя погода, шел мягкий снег, и под его покровом вся улица гуляла под звуки еврейских песен. Это было настоящее веселье.
Наши опасения насчет того, как памятник приживется в этом месте, развеялись. Он как-то сам вошел в жизнь.
Когда я создавал рабочую модель в размер сооружения, то сделал акцент на жестах рук самого Шолом-Алейхема и его персонажей: известно, что евреи любят "разговаривать руками". Как мне казалось, воздетые руки придали силуэту композиции некую воздушность. На фасаде колонны я поместил надпись "Шолом-Алейхем" — на идиш, на котором писатель создавал свои произведения. Я старался, как мог, насытить памятник элементами еврейской культуры: могендовид, менора... А фоном для фигур персонажей Шолом-Алейхема: Тевье-молочника, мальчика Мотла, Лейбла и Рейзл — стал запечатленный в бронзе свиток со словами: "Благословен Ты, Г-сподь, Б-г наш, Царь Вселенной, что дал нам дожить, просуществовать и достичь этого времени"…

Юрий ЧЕРНОВ.

(Публикация Леонида Дусмана.)

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.