На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

Ленком потерял Шейнциса…


Нынешнее лето стало последним для Народного художника России, лауреата Государственных премий России, знаменитого сценографа Олега Ароновича Шейнциса. Его жизненный путь начинался в Одессе и здесь же оборвался. Погибнуть от сердечного приступа на пятьдесят восьмом году жизни — досадная судьба для художника, находящегося в расцвете сил. Не успел отечественный театральный мир оправиться от потери Давида Боровского — уходит Шейнцис. Когда-то он окончил Одесскую художественную школу и театрально-художественное училище, работал в родном городе архитектором. Но личности его масштаба приличествовало развиваться только в столицах. И в 1977 году Олег Шейнцис оканчивает постановочный факультет Школы-студии имени Немировича-Данченко при МХАТе имени Чехова. В этом же году начинается его сотрудничество с театром Ленком, а с 1980-го и до конца жизни Шейнцис является главным художником этого популярного и прославленного театра. При этом он сотрудничал с другими театрами, работал в кино, проводил художественные выставки.
Специально для Олега Ароновича главный режиссер Ленкома Марк Захаров придумал должность сценографа-постановщика, которая указывалась на афишах наряду с режиссером-постановщиком. Ибо Шейнцис был неизмеримо больше обычного сценографа, просто оформляющего спектакль. Его триумфальными работами, в которых талант художника проявился ничуть не бледнее режиссерского, стали "Жестокие игры", "Юнона" и "Авось", "Три девушки в голубом", "Оптимистическая трагедия", "Диктатура совести", "Мудрец", "Поминальная молитва", "Чайка", "Безумный день, или Женитьба Фигаро", "Варвар и Еретик", "Гамлет", "Плач палача", "Ва-банк" — всех не перечислить…
"Спектакль ленкомовцев выглядел бы вполне антрепризным, ловко скомпонованным вокруг "звезд", не будь в нем павильона Олега Шейнциса с его изощренностями и тайнами, множеством красивых мелких подробностей, перспективами, открывающимися постепенно, по мере раздвижения занавесок и занавесей. Вот обозначился вид из окна на тесную группу домов небедного квартала. Балконная решетка, радостно желтый фасад напротив. Все будто пронизано южным светом. Отдернется другая штора, вид расширится, и улица словно станет частью гостиной. А вот проступила еще одна комната, заманивающая публику в глубину квартиры… Театр сценографа, в котором самостоятельно развертывается особенный, чисто пространственный сюжет. Он завораживает, заставляет вглядываться в детали, путешествовать по квартире героя, как по экзотической стране. Такое не уложишь в три чемодана, не повезешь из города в город ради антрепризного "чеса". Хотя… по нынешним временам декорации, в конце концов, можно "забыть" в Москве", — так проникновенно писала о работе художника в спектакле "Город миллионеров" в театре Ленком критик Римма Кречетова.
А вот как театровед Наталья Каминская увидела декорации Олега Шейнциса к ленкомовскому же спектаклю "Шут Балакирев": "Шейнцис сочиняет на сцене убийственный образ родины, пребывающей в состоянии вечного строительства. Мотаются на тросах какие-то балки, предательски зависает нос корабля, у которого нет кормы. Все ходит ходуном, угрожая находящимся на сцене людям внезапным увечьем, но люди при этом полны энергии и одержимы "строительством". Совершенно ясно, что пока рьяно возводится одна часть чего-то, вторая часть разваливается из-за отсутствия гвоздей или прогнивает от небрежения хозяев… Неоструганные белые доски "Шута Балакирева" располагаются под опасным уклоном. Русскому царю Петру, кораблестроителю и плотнику, вздыбившему Россию навстречу новой, цивилизованной жизни, ходить по ним так же неудобно, как и его жене-немке (Александра Захарова), и его несчастным подданным".
Олега Шейнциса называли художником-философом, замечая, что у него пространство жило своей жизнью, а загробный мир представал обителью неисчезающих сущностей. Ценой профессиональных успехов были ночи, проведенные без сна в мастерской с сигаретами и крепчайшим кофе, но ведь сердце у художника было не железным… Оно и не выдержало. Приезд в Одессу на отдых стал последним. Трудно сказать, какими теперь станут зримые образы ленкомовских спектаклей, да и вся театральная Россия утратила какой-то важный духовный ориентир в лице Олега Ароновича. А Одесса — своего любимого сына, свою гордость.

Раиса КРЕЙМЕРМАН.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.