На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

«Болдинская осень» в Одессе


Евгений ГОЛУБОВСКИЙ "Тиква"

Удивительный человек Олег Борушко. Мало того, что хороший поэт, он еще и гениальный менеджер, даже с Гидрометцентром сумел договориться и ко дню начала поэтического фестиваля обеспечил приход в Одессу промозглой осени. Возможно, для него это была наиболее легко выполнимая задача. А открыть для богемной публики Воронцовский дворец, а заставить сотню поэтов прочесть одесскую главу "Евгения Онегина", не просто прочесть, а вчувствоваться настолько, чтобы вступить в соавторство с "Нашим — всё", продолжая на свой лад развивать тему: "Но поздно. Тихо спит Одесса"…

А может, действительно поздно. Одесса уснула так давно! Уже в 1924 году в письме к близкому другу И.Л. Лифшицу Исаак Бабель обронил: "Одесса мертвее, чем мертвый Ленин. Здесь ужасно". Да и ныне — посмотрел я на работы фотохудожников, а они тоже вдохновлялись бессмертной пушкинской строкой, и подумал: стоит ли будить…
Шутка, конечно. Но в каждой шутке только доля шутки.

О поэтическом турнире, о его участниках, о самом Олеге Борушко, уверен, еще будут и будут писать. Как и о фотохудожниках. Тем более что проводимый с 2003 года поэтический конкурс "Пушкин в Британии" переехал в Одессу не как "одноразовая акция", а всерьез и надолго, здесь расширены его границы — впервые проводится конкурс одесских поэтов, конкурс детей-стихотворцев, супертурнир поэтов русского зарубежья, фотоконкурс. Употреблю модное нынче слово "формат": так вот, для планов Олега Борушко и нынешний формат мал. Но я не буду рассказывать о планах на будущее, тем более что помню, как на пресс-конференции во Всемирном клубе одесситов с год назад скептически отнеслись к вероятности проведения нынешнего фестиваля. Как видим — зря.

И все же, все же… Прочитал полсотни стихов участников конкурса, развивающих пушкинскую тему. Есть стихи хорошие, есть откровенно слабые. Но я не о качестве, не о количестве, а о том, какой отклик в сердцах у очень многих вызывает город Одесса. Естественно — Пушкин. Но это подсказка Олега Борушко.

А дальше? А дальше — шаланды, полные кефали, рыбачка Соня, Костя-морячок. И захотелось для этих поэтов, для тех, кто будет участвовать в следующих конкурсах, турнирах, фестивалях, поразмышлять о "пушкинской Одессе".

Можно, конечно, обозначить все места на карте города, где ступала нога поэта. Можно перечислить его знакомых — от Александра Ланжерона и Михаила Воронцова до Каролины Собаньской и Амалии Ризнич. Можно выяснить, где он пил кофе, где курил "трубку раскаленную", где играл в карты. Вспомнить, что читал, как ездил "на саранчу"… Но и с 1824 года, со дня отъезда поэта, Пушкин в Одессе жил, живет и, надеюсь, будет жить. И не только в двух памятниках, в мемориальных досках (а их постыдно мало), в названии улицы… А в поэтическом мироощущении, которым жила и будет жить Одесса.

Когда-то первый директор, создатель Литературного музея Никита Брыгин пытался подсчитать, судьбы скольких писателей связаны с нашим городом. Досчитал до 500 и остановился… А я давно уже осознал, что Одесса действительно была окном в Европу, городом, с которым связаны судьбы огромного количества выдающихся людей. Открывая фестиваль, пробуя микрофон, Олег Борушко тихо произнес: "Сегодня я вижу. Особенно грустен твой взгляд…". Я мог бы продолжить: "И руки особенно тонки, колени обняв…". Но предпочел рассказать о приездах Николая Гумилева в Одессу, о том, как тут он просил руки Анны Ахматовой, как отсюда уезжал в свои африканские походы…

И все же дело даже не в том, что Н. Гоголь и А. Чехов, Б. Пастернак и А. Ахматова, И. Бунин и В. Хлебников связаны с нашим городом. Вернее другое, что южнорусская литературная школа, возникшая в Одессе, не декларировала, а была продолжением пушкинской традиции.

Помните у Пушкина: "Да здравствует солнце, да скроется тьма!" или "Но солнце южное, но море… Чего ж вам более, друзья? Благословенные края!"? А вот что писал Исаак Бабель в эссе "Одесса", которое можно считать его программой и манифестом: "От рассуждения об Одессе моя мысль обращается к более глубоким вещам. Если вдуматься, то не окажется ли, что в русской литературе еще не было настоящего радостного, ясного описания солнца?". И следует вывод: "Литературный Мессия, которого ждут столь долго и столь бесплодно, придет оттуда — из солнечных степей, обтекаемых морем".

А теперь прочтите стихи о Пушкине Эдуарда Багрицкого, Юрия Олеши, Веры Инбер, Леонида Гроссмана… Разве это не пушкинская Одесса в самом доподлинном поэтическом измерении? Более того, все поэты, чья жизнь на том или ином этапе оказывалась связанной с нашим городом, воспринимали его через Пушкина — от Павла Тычины до Бориса Чичибабина. А как не вспомнить стихотворение Иосифа Бродского "У памятника Пушкину в Одессе" — гимн воле, свободе, куда пушкинская строка "Прощай, свободная стихия" вписывается как крик отчаянья самого И. Бродского?
Вот это соразмерность поэтического диалога.

А впрочем, еще раз повторю — книга "Болдинская осень в Одессе", изданная Олегом Борушко к фестивалю, убеждает, что хороших поэтов немало. Действительно, точно определил когда-то усатый вождь: "Других писателей у меня для вас нет!". Но тут разговор идет скорее о читателях. Все тоньше становится слой талантливых читателей. И вот проводимый в Одессе (мне кажется, впервые за 214 лет) международный поэтический конкурс как раз и важен потому, что обращен к слушателям поэзии, к читателям. Думаю, для того Пушкин из Британии вернулся в Одессу, чтобы заставить нас и перечитать "Евгения Онегина" и осознать, что такое пушкинская традиция, и, наконец, вновь взять в руки книгу.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.