На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

Еврейская одиссея украинца, или Кто Вы, Глеб Боклевский?


Игорь ГУСЕВ "Тиква"

В 2007 году московским Домом еврейской книги было выпущено в свет издание, которое называется "Одиссея капитана Боевского" и принадлежит перу профессора русского языка Еврейского университета в Иерусалиме Владимира Хазана. Автор известен тем, что поднимает из небытия забытые имена деятелей русско-еврейской культуры. При этом он особенно интересуется теми людьми, чьи жизнь и творческая активность были связаны с Палестиной, которую я в дальнейшем буду называть Эрец-Исраэль и Государством Израиль. Немало таких имен в коллекции профессора Хазана. Но даже среди тех, чьи судьбы впечатляют парадоксами и неожиданными поворотами, жизненный путь Глеба Боклевского (Арье Боевского) представляется очень ярким и поразительным. Впрочем, судите сами.

Глеб Алексеевич Боклевский родился в 1891 году в аристократической, но обедневшей семье. Рос на Украине, среди евреев. Конечно, не он один жил в таких условиях, но именно в его судьбе этот факт сыграл решающую роль. Учиться Глеб поехал в столицу империи - Санкт-Петербург. Но после третьего курса политехнического института для него началась учеба совсем иного рода: Боклевский стал матросом военно-морских сил царской России. Первую мировую войну он встретил на Балтийском море.
А вот и первый неожиданный поворот в его судьбе: придерживавшийся социалистических взглядов Глеб Боклевский во время гражданской войны отнюдь не оказался в стане борцов за новое светлое будущее. После поражения белого движения вместе с остатками старого российского флота герой моего повествования оказался в Стамбуле. Куда он, по логике вещей, должен был попасть далее? Во Францию, на Балканы... Например, в 1922 году из Советской России выехал один из братьев писателя Ильи Ильфа - художник Александр Файнзильберг, попавший сначала в Стамбул, а затем в Париж, где стал известен под именем Сандро Фазини. Обратите внимание: еврей попал в Париж. А украинец Глеб Боклевский очутился в Эрец-Исраэль! Не знаю, как вы, а я больше ни одного нееврейского имени из числа российских эмигрантов, осевших на Святой земле, назвать не могу.
Боклевский сошел с трапа судна в Хайфе... Тут надо сказать, что даже некоторые евреи, попавшие в Израиль, известны под нееврейскими именами. Примеры: кинорежиссер Борис Мафцир, публицист, переводчик и специалист в области украинистики Виктор Радуцкий. Второй из них не такой уже и редкий гость еврейских учреждений Киева. Одно из его выступлений довелось слушать и мне. В отличие от еврея-украиниста Радуцкого, украинец Боклевский поменял и имя, и фамилию, а отчество, видимо, просто не использовалось. Глебу Алексеевичу Боклевскому на смену в том же физическом обличии пришел Арье Боевский. Со сменой имени - так вообще все понятно: "Глеб" созвучно с "Лейб", что на идиш означает "лев".
В Эрец-Исраэль в ходу был иврит, на котором "лев" звучит как "арье".
Хорошо ли владел ивритом Боевский, неизвестно. Его имя ассоциируется с поэтическим творчеством на русском языке, и среди русскоязычных журналистов он был не последним человеком. По мнению профессора Хазана, стихи Арье Боевского - среди лучших творений поэтического жанра, созданных до начала второй мировой войны в Эрец-Исраэль на языке, который иногда определяется как "великий и могучий". Те образцы поэтического слова одаренного литератора, которые представлены в книге "Одиссея капитана Боевского", прекрасно это подтверждают. Итак, для Боевского изменилась обстановка. Что не изменилось? Вероисповедание. Человек, поменявший имя и фамилию на еврейские, до конца жизни оставался православным христианином.
Так и осталось загадкой, что привело российского моряка, ставшего Арье Боевским, в Эрец-Исраэль. Но довольно скоро он нашел свое место в одном из поселений, организованных "Гдуд гаавода" в районе озера Кинерет. Там он женился на еврейской девушке. Но вскоре жена Боевского вместе с их дочерью уехала в Советский Союз, присоединившись к группе разочаровавшихся в идеалах сионизма бывших халуцим (так называли тех представителей еврейской молодежи, которые в диаспоре прошли специальную подготовку для дальнейшей работы по сельскохозяйственному освоению Эрец-Исраэль). Супруга Боевского стала строить новую социалистическую жизнь в Крыму, в одной из земледельческих колоний. А ее муж-белоэмигрант в СССР не поехал. А если бы поехал? Случаи возвращения бывших противников большевиков были, и не единичные. Насколько мне известно, всех их, в конечном итоге, нашла пуля, в крайнем случае, их надолго упрятывали от глаз людских в тюрьмах и ссылках. Больше о жене и дочери Арье Боевский ничего не слышал.
Крах семейной жизни вверг видавшего виды человека в тяжелую депрессию, не отпустившую его вплоть до конца жизни. Боевский скитался по Эрец-Исраэль, жил то в Хайфе, то в Тель-Авиве и Иерусалиме, работал как проклятый, не был равнодушен к горячительным напиткам. И писал... Он писал удивительные стихи на русском языке, к сожалению, мало востребованные в Эрец-Исраэль в его время. Они и сейчас относятся к категории практически неизвестных.
Боевский хорошо разбирался в мировой литературе. Творения этого одаренного человека отличаются оригинальным стилем, его можно назвать умным и острым наблюдателем, с иронией воспринимающим как себя, так и окружающий мир. Лирика Боевского имеет привкус горечи, что неудивительно для человека, познавшего много разочарований в жизни, потерявшего родину, близких, любимых жену и дочь. Поэтические зарисовки жизни евреев на Святой земле, вышедшие из-под пера Арье Боевского, немного романтичны, но при этом весьма остроумны.
Литератор оставил после себя хоть и покрытое тенью, но очень важное наследие, значимость которого для истории развития культуры на еврейской земле очень велика.
Нельзя сказать, чтобы литературный талант Боевского никем при его жизни оценен не был. Павел Милюков, бывший министр Временного правительства, а в эмиграции редактор крупнейшей русскоязычной парижской газеты, предлагал бывшему российскому моряку стать корреспондентом газеты по Эрец-Исраэль. Определенный смысл в этом был. Ведь скиталец Боевский был знаком с представителями различных социальных слоев и политических направлений - от арабских крестьян до лидеров сионистского ишува (еврейского населения Эрец-Исраэль до создания Государства Израиль), от правого националиста Владимира (Зеева) Жаботинского до коммуниста и ивритоязычного поэта Александра Пэна. Но такой вид заработка нуждавшегося Арье Боевского не интересовал. Идеалист как в жизни, так и в литературе, наш герой плясать под чью-то дудку не хотел.
История жизни и творчества Боевского открывает новые грани израильской культуры, в частности, в отношении места русского языка в Эрец-Исраэль. Несмотря на то, что язык Пушкина и Толстого был средством повседневного общения многих жителей Святой земли, его употребление бытовой сферой обычно и заканчивалось. Количество русскоязычной литературы, изданной в Эрец-Исраэль перед второй мировой войной, было совсем невелико. Русскоязычные писатели, поэты, журналисты, проживавшие в Эрец-Исраэль, и между ними такие важные фигуры, как Владимир (Зеев) Жаботинский, публиковали свои произведения в европейских центрах российской эмиграции. Поэтому русскоязычная культура еврейского национального очага остается почти неизвестной.
Если бы Арье Боевский, жизненный путь которого стал источником для создания множества легенд, ограничил свой весомый вклад в становление еврейского государства только вопросами культуры, то и этого, на мой взгляд, было бы достаточно, для того чтобы считать его заметной фигурой в Эрец-Исраэль. Но у бывшего российского моряка-украинца была мечта: создать еврейский флот на Средиземном море - как рыболовецкий, так и военно-морской, с портом в Тель-Авиве, и подготовить еврейских матросов. Администрация ишува этой идеей не заинтересовалась.
Однако проекты специалиста привлекли внимание Жаботинского и "Бейтара". В 30-е годы местом приложения сил Боевского стала матросская школа "Звулун", где он преподавал. Кстати, выбор названия для школы не был случайным. Ведь Звулуну, своему десятому сыну, один из праотцев еврейского народа Яаков в благословении обещал: "Звулун будет жить у морского берега и у пристани корабельной..." (Берешит, 49:13). Колено Звулуна было коленом купцов и мореплавателей, однако доходы от торговли Звулун делил со старшим братом Иссахаром, позволяя ему посвящать себя изучению Торы.
В 1937 году, в котором, вернись он в Советский Союз, Боевский мог бы быть репрессирован, бывший моряк стал моряком настоящим: он получил должность заместителя капитана на учебном судне "Сара алеф", на котором совершил плавание в Италию. Вот почему исследование профессора Хазана называется "Одиссея капитана Боевского". На обложке - фотография моложавого человека в матросской форме и еще одна, на которой запечатлено что-то морское-корабельное.
Начавшаяся вскоре вторая мировая война грубо вмешалась в смелые и благородные планы энтузиастов создания еврейского флота. Арье Боевский закончил свои дни в горькой нужде в 1942 году в святом городе Иерусалиме.
Есть сейчас проект в Украине: определяются те личности, в отношении которых применимо определение "выдающийся украинец". Я сам себе задаю вопрос: а заслуживает ли родившийся в Украине российский и еврейский моряк, русскоязычный литератор на Святой земле чести быть включенным в число выдающихся украинцев? Думаю, что да. Ведь теперь мы можем говорить о том, что не только представители еврейского народа внесли огромный вклад в развитие украинского общества, но и то, что в святом деле создания еврейского национального очага была толика и украинского участия. Если мне станет что-либо известно о других украинцах, прославившихся на еврейской земле, я расскажу и о них. Бли недер - так говорят евреи, давая обещание: ведь по независимой от человека причине он обещанное может и не выполнить.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.