На главную страницу сайта
Полоса газеты полностью.

Георгий ДЕЛИЕВ: «НАС НЕТ НА ТЕЛЕЭКРАНЕ, ЗАТО МЫ ИМЕЕМ СЧАСТЬЕ ЖИВОГО ОБЩЕНИЯ С ПУБЛИКОЙ»


В нынешнем году Георгий Делиев должен бы отметить тридцатилетие творческой деятельности. Но как это сделать, если выглядит юбиляр как раз на тридцать? "Нас не поймут", — сказали бы в советские времена. Другая юбилейная дата: ровно пять лет назад первый зритель с купленным в кассе билетом вошел в Дом клоунов, стационарный театр комик-труппы "Маски", в котором нашлось место и концертной площадке, и одноименному артхаусному кинотеатру, и кафе "Мана-мана". Сегодня Георгий Делиев снимается в кино у Киры Муратовой и Романа Ширмана, но в телеэфире его передач нету, к великой досаде поклонников.
А впервые на экранах советского ЦТ "Маски" появились в 1985 году, в передаче "Вокруг смеха". Коллективу под этим названием еще не исполнилось и года (до этого были "Смехачи"), но уже работали программу в двух отделениях. Тогда "Масок" пригласили в передачу, сняли несколько номеров, их показали, но врезался в зрительскую память только номер "Мана-мана", который стал шлягером, многократно повторяемым и в других передачах.
— Георгий, давайте вспомним, в какой момент и при каких обстоятельствах начался роман "Масок" с телевидением. Кажется, и тут вытанцовывается какая-то круглая дата...
— Вначале мы с Юрой Володарским решили поэкспериментировать и снимать музыкальное видео, но так, чтобы оно отличалось от клипов, делать его комедийным. Это был восемьдесят восьмой год, даже восемьдесят седьмой — два года, в течение которых мы снимали. И мы хотели поэкспериментировать с кино, с кинопленкой. Юра нашел где-то негатив, пленку, договорился на киностудии, чтобы нам предоставили монтажную комнату (надо же было резать и клеить тяжелую пленку), съемочную технику. Мы снимали с минимальным светом, но зато в огромном количестве объектов со спецэффектами, с трюками, которые сами же готовили, то есть мы работали тогда без специальной съемочной группы. Наши актеры сами готовили реквизит, гримы, костюмы, трюки выполняли, монтировали. Наш первый учитель в кино — Аркадий Повзнер, очень опытный кинооператор-постановщик, имевший опыт и в области режиссуры. Учил нас, как детей, у нас ведь не было никакого понятия о принципах монтажных склеек, о темпоритме кино. Там же все совсем по-другому! Если касательно сцены у меня уже был хороший опыт, знания, представления, то в этой области не было ничего! Мы сняли тогда клип "Одесса-мама".
— "Одесса-мама, мама, зеленый небосвод"...
— Вот-вот. Показывали наш клип на фестивалях, на первом одесском "Золотом Дюке". Он имел тогда большой успех, его оценили, никаких не было негативных отзывов, только позитивные, что крайне редко бывает: всегда все хорошее имеет своих противников, а здесь все так здорово получилось. Потом нам дали "Утреннюю почту" снять. Приехал Юрий Николаев, который вел тогда эту программу, мы написали сценарий — я, Юра Володарский, Эдик Каменецкий и Александр Тарасуль, который гораздо позднее сделал программу "Джентльмен-шоу". Сценарий был принят на Центральном телевидении, приехала съемочная группа, и мы даже снимали клипы остальных персон, например, молодого Филиппа Киркорова, — все знали тогда его папу Бедроса, а сам он только-только начинал карьеру…
Спустя год, опьяненный таким успехом, Юра Володарский опять каким-то образом выклянчил пленку на киностудии, причем бесплатно… Мы сняли еще два клипа — "Куплеты Мефистофеля", которые спел Юра Володарский, а затем клип "Маски". По-моему, это был первый клип в стиле рэп на русском языке. Стали задумываться, как бы выйти в прайм-тайм на Центральное телевидение. В то время, кроме Бенни Хилла, никого не знали, и где-то видели кусочки "Мистера Бина", буквально пару скетчей. Я так подумал, что нужно придумать такой стиль, где бы каждая серия представляла собой комедийный фильм в стиле немого кино, потому что в то время с большим интересом смотрели Чарли Чаплина, Бастера Китона, Гарольда Ллойда, братьев Маркс… Хотя нет, братьев Маркс не показывали тогда по телевидению. Но Чаплиным увлекались. И я понял, что нужно делать нечто подобное в цветном изображении на современную тему, немножко стилизованное под ретро, в какой-то условной реальности — все, казалось бы, узнаваемо, похоже на нашу жизнь, и вместе с тем эксцентрически вывернуто, буквально — такого не существует.
Написал сценарий "Приключения иностранцев в Одессе", отправил его на Центральное телевидение. Этот сценарий мы придумывали авторской группой, методом мозгового штурма, и этому методу верны до сих пор. Все собрались, навалились на одну тему, и посыпался такой поток сознания, не ограниченный никакими рамками… Сценарий был принят, и приехала съемочная группа в Одессу, но вдруг москвичи изменили свое решение, начали снимать просто какой-то репортажный сюжет о юморе, об Одессе… Видимо, наш сценарий им показался довольно дорогим, к съемкам по нему надо было готовиться…
Приехали из Москвы Юра Володарский, Эдик Каменецкий и Алик Тарасуль — они побывали на "Мосфильме", поговорили с Владимиром Меньшовым, с которым до того познакомились на фестивале, показали наши клипы. Меньшов пришел в восторг от этих клипов, сказал: "Давайте снимать кино, ребята! Вы должны снять настоящее большое кино". Он посмотрел живое выступление "Масок", убедился, что это именно те актеры, которые должны участвовать в эксцентрической комедии, и та творческая группа, которая должна сделать прорыв в кино. И так нас этим воодушевил, так окрылил, что мы начали переделывать написанный ранее сценарий "Приключения иностранцев в Одессе", из которого ничего не осталось, кроме парочки гэгов, а возникла история "Семь дней с русской красавицей".
А тут вдруг Юра Володарский нашел деньги, была такая Ассоциация взаимопомощи АСИ, московская компания. И зрительский "Золотой Дюк" совместно с АСИ стали финансировать и продюсировать эту картину. Мы начали снимать ее в девяностом году. Уже разгул, но еще не беспредел. Попали в то время, когда произошел скачок цен, и картина начала разваливаться по технологии, организации… Но тем не менее, мы ее досняли, выцепили все деньги, вырвали зубами, группа работала из любви к искусству в полном смысле слова, не обращая внимания на задержки с выплатами.
Монтировал я уже сам, Юра к тому времени эмигрировал в Америку. Произошел раскол между двумя организациями, продюсерскими компаниями, АСИ и "Золотым Дюком", который являлся владельцем производственной базы. Они долго не могли поделить свои интересы, каждый хотел забрать себе права проката, и фильм оказался заложником: негатив находился в АСИ, а позитив — у "Золотого Дюка". Конечно же, если бы фильм вышел в 1991 году, он получил бы тогда все свои цветочки и ягодки, потому что картины тогда прокатывались очень успешно, работали кинотеатры.
— Каким бы мог быть бюджет "Семи дней с русской красавицей" сегодня?
— В начале девяностых фильм обошелся в полтора миллиона долларов. Почему мы так уверенно держались на плаву экономически — потому что у нас изначально был договор (Юра, конечно, молодец в этом отношении) о выплатах в долларах. Когда еще не было инфляционного обвала, когда рубль был меньше доллара, он именно так договорился с инвестором. Мы получали деньги через месяц-два, иногда через полгода, но эти деньги соответствовали курсу. Сегодня, я думаю, миллионов тридцать пять — сорок стоил бы фильм с таким количеством трюков. Опять-таки, фильм своевременно не вышел на экраны, премьера его состоялась в 1994 году, когда уже вышло два годовых сериала "Маски-шоу", и готовился следующий.

ВСЕГДА БЫТЬ В «МАСКАХ»…

— История рождения "Маски-шоу" тоже очень любопытна…
— Все произошло совершенно случайно. Я встретился с Алексеем Митрофановым, он тогда был начинающим продюсером, пытался производить серьезную московскую программу о моде — "Модный стиль" она называлась. У меня была заготовка "Маски на свадьбе", я буквально за день дописываю, отправляю в Москву. Там ничего не поняли, но решили рискнуть. Я снял, в Москве смонтировал. Мне дали режиссера монтажа, не доверяя мне, сначала одного, потом второго… Тогда монтировали на "Бетакаме", линейный монтаж был. Смонтировали, потом этот режиссер монтажа ушел спать, а у меня осталась еще одна неиспользованная смена, я взял, все перемонтировал быстренько, принес руководству. Мне было сказано, что это совсем другое дело, вот что значит дали режиссера монтажа, снимать умеете, а надо же еще уметь монтировать… Потом я как-то уговорил, чтобы больше не давали этого режиссера, сознался, что сам монтировал. Леша сказал: "Ладно, снимай и монтируй".
Дальше были фильмы "Маски в опере", "Маски на именинах". Нам от одесского горисполкома сделали поездку в город-побратим Иокогаму, мы поехали, там выступили, потом на следующий год, — настолько мы понравились японцам. Я пригласил с собой Юру Володарского, вписал его в группу.
А Юра договорился (что интересно, из Америки договорился!) с японской телекомпанией напрямую, они нам дали съемочную группу, съемочную технику, и мы там сняли "Маски в Японии". Японцы подумали, видимо, благодаря Юре, что приехали какие-то звезды круче Голливуда. Они нам очень доверяли, они дали оператора, исполнительного продюсера, сняли какой-то свой документальный фильм у нас в Одессе, и этой же группой снимали наше шоу. Я им рассказал, будто у меня огромный особняк, чтобы они прониклись, а то не стали бы снимать, если бы знали правду про полуподвал… Все на вранье, на наглости…

КАК ДОН МАРТИН У ОДЕССИТОВ ПАСПОРТА ОТОБРАЛ

— А в Колумбии как вы оказались?
— Фильм "Маски в Колумбии" снимался тоже благодаря договоренности Юры Володарского. Он тогда договорился с телекомпанией "Каракол" о том, что мы им отдаем смонтированный фильм и исходники, они смогут получить права, им это было выгодно. Нам предоставили съемочную группу в Боготе. Через год мы были приглашены на театральный фестиваль комедийного искусства в Колумбию, очень нас хорошо принимали, поехали мы тогда от какой-то московской компании, нас сопровождал представитель КГБ. Хороший такой мужик, он возил многие коллективы. Мы договорились снимать, ему это очень не понравилось, стал нам палки в колеса вставлять. И мы сделали вид, что передумали. Не помогло, не поверил. А у него заканчивалась командировка, виза, он там чего-то звонил в Москву, чтобы остаться, и не удалось ему. Он чуть с ума не сошел.
Мы остались за границей без представителя КГБ еще на две недели, чтобы снять фильм, проживание нам обеспечило телевидение. А он говорит, ребята, говорит, вы просто обратно можете даже не возвращаться, говорит, если вы вернетесь, говорит, там вам все будет, гайки. Впрямую не говорил, что он кагэбэшник, говорил: "Я представитель министерства культуры". И он так пугал, ночью спаивал нас, плакал… Ничего не получилось, мы остались, сняли фильм, приехали в Москву, нас не посадили в тюрьму по приезду, никто не стал выдворять из России-Украины. А на следующий год нас опять пригласили на театральный фестиваль, Юра опять договорился о съемках, это уже был фильм "Маски ищут сокровища". В свой второй приезд мы чувствовали себя в Колумбии суперзвездами, все нас знали, а в России мы были как раз мало известны, хотя "Маски-шоу" и выходили…
— Зрители в Латинской Америке более эмоциональны, чем европейцы?
— Да, они не скрывают своих эмоций, чувств… Мы задержались в Колумбии на пару месяцев. И вдруг Леша Митрофанов начал звонить, забрасывать нас факсами: "Срочно приезжайте снимать "Маски-спортшоу", — это было связано с летней олимпиадой. Но хозяин цирка шапито, где мы выступали, дон Мартин, не отдавал нам наши паспорта. Он платил нам деньги, повысил гонорар, в этом отношении нас не обижал, но мы ему так понравились, что он никак не хотел с нами расставаться. Перевозил нас из города в город, мы работали в манеже и, в общем-то, люди шли на нас, хотя в программе работали артисты со всего мира. Да и мы как-то втянулись, хотелось зависнуть в этом цирке, разъезжая по Латинской Америке. Но Леша настаивал, грозил, стыдил: "Российское телевидение впервые такой кусок дает жирный, бюджет нормальный, даст после этого возможность снимать большой проект!".
Мне нужно было забрать свой паспорт и купить билет, но я сразу сделать этого не смог. Пытался сначала договориться с доном Мартином. А у того свои были условия. Клоун, который выходил в номере с медведями уже два года, запил. Его боялись выпускать к медведям. Обычно клоун садился на лавочку, к нему выходила огромная медведиха в платье, клоун отодвигался от нее. Она к нему придвигалась, придвигалась, пока он не падал с лавки. А она удивленно смотрела на него, после чего он уходил. Дон Мартин попросил меня выйти в этом номере с медведицей. Меня долго приучали к ней…
— А ее — к вам…
— Не без того. Дрессировщик говорил мне: "Ты только не делай никаких резких движений, вообще ничего не играй, двигайся точно в таком же ритме…". Медведица обнюхивала меня в клетке, постепенно привыкла, я ей понравился, и потом вышел с ней несколько раз в этом шоу. Но дон Мартин так и не отпустил меня. Что делать? Я познакомился через приятельницу с начальником колумбийской спецслужбы, он меня принял, я объяснил проблему, и на следующий день сын дона Мартина принес мне паспорт и билет. Более того, меня в Лиме (я летел через Лиму, через Кубу) встретил какой-то представитель, провел меня через все коридоры. На Кубе меня уже никто не встречал, но там уже было проще, я примкнул к российским баскетболистам, которые летели с чемпионата, стали победителями.
Итак, я вернулся в Москву и начал готовить "Маски-спортшоу". За месяц дописал сценарий двухсерийного фильма, скетчей. Эти скетчи я снял тоже в течение месяца, и ребята прилетели в Москву, их отпустили наконец-то.
— Чует мое сердце, что без медведицы не обошлось.
— Так и есть, после меня с медведицей выходил Игорь Малахов, чтобы отпустили весь коллектив, отдали паспорта.
— Если бы не спецслужбы, до сих пор бы "Маски" по очереди с этой медведицей выступали…
— Не исключено. И случись что, никто бы ответственности не нес. До этого в цирке был случай, когда кто-то из колумбийских служителей кормил тигрицу, и тигрица отъела у него руку. Дон Мартин стал платить пособие, пообещал содержать всю жизнь, но родственники служителя подали на него в суд. И тогда дон Мартин сказал: "Ах, так?! Вы не цените моей доброты? Я вам вообще ничего платить не буду!".
И заплатил суду, чтобы его избавили от этой обузы.
— Нормально, все как у нас. Я бы прижилась в Колумбии!
— Мне ума не хватило…

«ОСТАВЬТЕ В ПОКОЕ БЕТХОВЕНА!»

— Когда начался настоящий бум "Маски-шоу"?
— В девяносто третьем году. До того на Российское телевидение приходили письма, в основном, с негативными отзывами. Люди ругали нас за издевательство над чувствами и взглядами, кто-то утверждал, будто мы издеваемся над классической музыкой, над Бетховеном, кто-то обижался: "Наши люди не такие дураки, как вы показываете"…
— …Они еще хуже!
— Я так не мог ответить, как вы, Маша. Я очень переживал тогда.
— Нормальный человек вообще не будет писать письма на телевидение. Тем более, когда ему все нравится.
— Смешно еще, что пока нас ругали зрители и критики, все эти серии воровали прямо на телевидении. Все монтажные были связаны благодаря единой эфирной зоне — можно было по сети увидеть, что у нас происходит. Когда мы делали перегон с кассеты на кассету, программа играла от начала до конца. И, видимо, монтажеры по секрету друг другу сообщали и перегоняли.
— Пиратские кассеты точно без купюр, ими надо дорожить!
— Между прочим, пиратские "Семь дней с русской красавицей" в свое время по внутреннему рейтингу побили рекорд даже американских блокбастеров, лучше продавались. Мы даже попали в опалу у АСИ и "Золотого Дюка", которые утверждали, будто мы сами продали фильм пиратам. И каждая компания считала нас "засланными казачками" другой. Кстати, картина "Семь дней с русской красавицей" была принята худсоветом, и это был единственный худсовет, который меня спас. Туда входили Георгий Данелия, Леонид Гайдай, Алла Сурикова, Аркадий Инин, остальных не помню.
Во время дефолта я еще снимал, я заканчивал снимать два фильма "Маски в тюрьме". Дефолт, конечно, ударил по нам больно, сыграл злую шутку с людьми, которые получали деньги. Но мы успели до дефолта построить декорации, заключить договоры с группой, обзавестись своей монтажкой, своей съемочной техникой. Киностудии мы уже оплатили все счета. Это был последний сериал, который покупало Российское телевидение целиком.
А после этого телеканалы не стали заранее договариваться о приобретении всего пакета, восьми или двенадцати серий. А без такого договора никто из инвесторов не хотел давать денег. Получился замкнутый круг. И после двухтысячного года телекомпании начали переходить на такую практику: создавать свои производственные базы, производить собственный продукт. Еще очень мощная тенденция возникла приобретать готовые зарубежные форматы. На ТНТ произошел в 2005 году такой случай: все-таки приобрели наш сериал, мы заключили договор на производство с ТО "Маски", нашими бывшими партнерами, договорились, и я снял восемь серий. Они должны были быть показаны в конце 2004 года, действие происходило в королевстве, праздничная обстановка, веселье… Причем я сдал вовремя, в срок. Уже даже якобы поставили в сетку вещания, но потом к своему удивлению не нахожу сериал в программе… И они делают такой финт: ставят первого мая с утра до вечера в течение всего дня, с лаконичными анонсами — просто "Маски-шоу" — и показывают восемь серий.
— Когда все на маевке!
— Представляете? Таким образом, убивают напрочь сериал. Лучшего времени для этого невозможно представить. Потом нам объяснили: "Мы хотели повысить рейтинг первомайского эфира, добиться, чтобы те, кто смотрит телевизор в этот день, смотрели именно ТНТ, а не другие каналы". И действительно, когда проверили рейтинги, выяснилось, что первого мая все зрители ушли на ТНТ. Но их в принципе было мало. Я полагаю, что они производили свои сериалы, а нашим сделали себе неплохую рекламу, свой продукт возвысили за наш счет, решили свои проблемы с праздничным временем.
После этого случая мне стала очевидна политика остальных каналов. Так же было с "Игрой в классики". Была договоренность с ОРТ, я лично ездил, с продюсером Сашей Алфимовым беседовал. Был подписан договор о намерениях. Предполагалось снять десять серий по пьесам Бори Барского. Когда сериал был снят с учетом всех поправок (я действительно учел!), его приняли, попросив перемонтировать несколько сцен. Я перемонтировал. Закончив последний монтаж, отправил кассеты в Москву, их приняли, и Константин Эрнст вроде бы тоже не возражал. Потом все сорвалось, причину так и не назвали. Но зато смотрите — у наc благодаря этому развязались руки. Мы можем иметь счастье живого общения с публикой, раньше на это не хватало времени.

Мария ГУДЫМА.
Фото Олега Владимирского.

Полоса газеты полностью.
© 1999-2017, ИА «Вiкна-Одеса»: 65029, Украина, Одесса, ул. Мечникова, 30, тел.: +38 (067) 480 37 05, viknaodessa@ukr.net
При копировании материалов ссылка на ИА «Вiкна-Одеса» приветствуется. Ответственность за несоблюдение установленных Законом требований относительно содержания рекламы на сайте несет рекламодатель.