Еще тринадцать трубок


Одна из любимых книг моей юности – сборник новелл Ильи Эренбурга «Тринадцать трубок». У каждой из трубок, описанной автором, была своя история, одна занимательней другой. Вымышленные или подлинные – признаюсь, я не решился задать такой вопрос Илье Григорьевичу, когда был у него в доме, в Москве, на бывшей улице Горького, смотрел, как нервно он печатал текст письма на машинке и, в то же время, разминал табак в одной из многочисленных трубок, лежавших у него на столе…

Позже, в доме коллекционера Ильи (Люсика) Беккермана, также любившего прикоснуться к трубочке, я увидел удивительную подставку для трубок – действительно, вместилище для коллекции.

Кто только на моей памяти не курил трубки! Конечно, вождь всех народов Иосиф Сталин, которого фотографы и художники редко запечатлевали без трубки.

Старая кинохроника и фотографии сохранили образ Уинстона Черчилля с неизменной трубкой. Старый анекдот тех времен. Премьер-министр Черчилль обходит строй солдат, каждому задает отеческий вопрос: «Дети есть?!». Каждый отвечает по-своему, а один солдат говорит: «У меня десять детей сэр!». «Десять?! Так много?!». «Но я очень люблю свою жену, сэр!». «Я тоже люблю свою трубку, но иногда вынимаю ее изо рта!»…

Лакомился изысканными трубками «советский граф», писатель Алексей Толстой.

А сколько любимых литературных героев, начиная с Шерлока Холмса, не расставались с трубкой.

Да что я про элиту и про элиту – мой отец, вернувшись с фронта, когда еще не было хороших сигарет, закурил трубку, и долго в нашем доме – отец уже перешел на «Беломор», - лежали его фронтовые коротенькие трубки, из, как мне казалось, красного дерева.

Как много в разные годы видел я разных трубок в комиссионных магазинах. Первые трубки по своему виду походили на маленькие кофейные чашечки, из которых отходил свободный конец мундштука. Лучшие трубки такой конструкции привозили в Одессу, а затем во всю империю – из Турции. В «одесской» главе «Евгения Онегина» А.С. Пушкин о себе: «Потом за трубкой раскаленной, волной соленой оживленный, как мусульман в своем раю, с восточной гущей кофе пью». Чубуки изготовлялись – это я узнал позже – из черешневого дерева, особенно ценились те, что были изготовлены на Кавказе.

А еще были пенковые трубки – их не нужно было обкуривать. Делались они из морского пористого минерала – пенки. Существовала легенда, что это застывшая морская пена…

И сегодня есть коллекционеры трубок, они собираются, обмениваются табаком, рассказывают о новинках. Мне подсказали, что коллекция трубок есть у художника Сергея Ильина, с которым мы знакомы много лет, но об этом его увлечении я не знал.

- Конечно, покажу и расскажу. Но лучше обратись не к моей коллекции. Меня «совратил» на трубки последний еврейский поэт Одессы Алик Бейдерман. У него есть даже трубка мастера Федорова, знаменитого во всей России.

И Алик Бейдерман не отказался рассказать о своем увлечении. И вновь я услышал знакомые имена. Его приобщил к курению трубок режиссер Леонид Заславский, он давал свои трубки, даже самые дорогие, редкие, художнику Валентину Хрущу. А откуда у него, мальчишки, могли появиться редкие трубки: жила в Одессе семья Коссовских, репатриантов из Шанхая (как ни удивительно, я их тоже знал), с сыном которых дружил Люсик (так друзья до сих пор его величают) Заславский, так вот они привезли в Одессу коллекцию трубок, и среди них – такую редкую как «Лорд Давинпорт».

А потом Алик начал объяснять мне тайны того, как нужно обкурить трубку, как нужно получать кайф от этого маленького кусочка дерева.

- А однажды в Голландии я увидел десять старых трубок, и стоили они всего 90 долларов. И хоть для меня, преподавателя, это была немаленькая сумма, они все же переехали в Одессу.

Трубки из Германии, трубки из Киева, настоящие вересковые…

А есть трубки еще и не раскуренные. К примеру, эта, привезенная из Регенсбурга.

Кстати, разговор о трубках естественно перешел на разговор о табаках. И Алик вспомнил, как угощал его заморскими табаками настоящий коллекционер трубок писатель Александр Батров, как зажигались глаза у Бориса Деревянко, большого любителя трубок, когда из какой-нибудь командировки Алик привозил ему трубочный табак…

Я спросил Бейдермана, последнего на сегодняшний день поэта в Одессе, пишущего на идиш, а есть ли у него стихи о трубках, чубуках.

- Есть. Но на идиш. Не поймешь. А переводить трудно. Вот Тарас Федюк сумел хорошо перевести на украинский язык. Замечательный поэт!

А вообще-то курильщиков трубок, коллекционеров трубок становится меньше…

Правда, и любителей одесских папирос «Сальве», как и самого «Сальве», нет. А отец Алика курил только «Сальве».

На всех книгах А. Бейдермана, на фотографиях он непременно с трубкой. И художница Аня Зильберман когда-то написала его портрет с трубкой. Так что образ этого человека – в литературе, в быте Одессы, в жизни его учеников в будущем останется как образ человека с трубкой. И кто знает, быть может, кроме стихов, он напишет книгу рассказов «Еще тринадцать трубок».

Евгений ГОЛУБОВСКИЙ.

Адвокат