Дякую
Дякую

Незаслуженно забытый основатель Одессы


Говоря об основателях и первых правителях Одессы, чаще всего вспоминают имена Иосифа Де-Рибаса, Франца Де Волана, Армана Эмманюэля де Ришелье, А.Ф. Ланжерона, М.С. Воронцова. Но о человеке, который стоял у истоков духовного развития города, священнослужителе, который по праву может считаться первым архипастырем Одессы, знают крайне мало.

Кто же был этот митрополит Екатеринославский и Херсонес-Таврический Гавриил, с чьим именем известный историк А. Скальковский связал основание Одессы и чье имя, увы, незаслуженно забыто? В топонимике Одессы, города, появившегося по его благословению, оно не запечатлено.

Одесский историк Артем Филипенко сегодня готовит к изданию рукопись, призванную "вернуть" одесситам этого исторического деятеля. Предлагаем вам отрывки из будущей книги, которая должна выйти из печати к концу года.


...Кем он был – орудием российской внешней политики, духовным отцом молдавской нации, опытным интриганом? На некоторые из этих вопросов сложно найти ответ. Жизнь священнослужителя гораздо более скрытна, чем жизнь человека светского. Румын по национальности, он внес серьезный вклад в утверждение позиций православия на землях, присоединенных к Российской империи на рубеже XVIII-XIX вв.

Уже после обретения независимости в столице Республики Молдова – Кишиневе, появилась улица имени митрополита Гавриила Бэнулеску-Бодони. В топонимике Одессы, города, появившегося по его благословению, его имя не запечатлено.

Поэтому автор не ставил перед собой задачу открыть новые страницы в жизни этого известного духовного деятеля. Тем более, что жизнь и деятельность митрополита достаточно подробно раскрыты в работах Арсения Стадницкого «Гавриил Банулеско-Бодони, экзарх молдовалахийский и митрополит Кишиневский», Владимира Чеховского «Киевский митрополит Гавриил Банулеско-Бодони», трудах о. С. Петровского, прот. Жмакина и многих других историков. Большинство этих работ были опубликованы до 1917 г. и потому в массе своей недоступны широкому кругу читателей. Годы господства атеистического режима также не способствовали изучению истории православной церкви.

Вместе с тем возникла необходимость рассказать, в том числе и с использованием новейших знаний и оценок об этой неординарной личности, забытом персонаже истории Одессы, показать, по мере возможностей, его значении в истории не только города, но и всей Российской империи. Священнослужители внесли несомненный вклад в развитие Одессы и Причерноморского края.

СЫН ДРАБАНТА


Будущий митрополит родился в 1746 г. в Трансильвании, в г. Быстрица. К моменту рождения у его отца было уже двое детей от первого брака. Мальчик, нареченный при крещении Григорием, был первенцем второй жены его отца – Анастасии. Его мать родила еще двоих детей. После ее смерти отец женился в третий раз и от третьего брака появилось еще двое детей.

Несмотря на то, что Бэнулеску-Бодони принадлежали к «почтенной молдавской фамилии, давно переселившейся в Трансильванию», средств явно не хватало. Отец служил драбантом, то есть пограничным стражником. Наличие семерых детей явно не увеличивало достатка.

Как отмечает о. С. Петровский, «мальчик Григорий, как начал свое учение, так и кончил его благодаря заботам родственников, участию добрых людей и собственным дарованиям». Cперва «простой молдавской грамоте» учил его дядя-священник. Затем в возрасте девяти лет на средства того же дяди был отправлен в Семиградскую нормальную школу, где изучал славянский и латинский языке. по окончании которой посетил Будапешт, намереваясь продолжить там обучение.

Впоследствии двойная фамилия - Бэнулеску-Бодони дала повод утверждать, якобы он получил ее от своего отчима. После его смерти, когда решался вопрос о наследниках, Кишиневский митрополит Дмитрий (Сулима) и Бессарабское областное правительство добыли сведения о митрополите по месту рождения. Выяснилось, что уже у отца его была двойная фамилия, взятая от отчима, происходившего из незнатной валашской семьи. Кстати, эта фамилия впоследствии стала основой версии о том, что, якобы название города Одесса было дано по настоянию митрополита, который был, якобы греком по национальности и знал о существовании греческой колонии Одессос.

Ряд исследователей, в том числе, его главный биограф А. Стадницкий называет его румыном. Этноним «румын» появился гораздо позже и стал общеупотребимым в исторической литературе к концу XIX-го века. Он распространялся как на жителей собственно Румынии, так и на жителей Бессарабии. Несмотря на это, продолжал употребляться и этноним «молдованин». Учитывая происхождения Бэнулеску-Бодони то более правомерно было бы считать его по национальности молдаванином, то есть происходившим родом из Молдовы. Тем более что и дальнейшая его судьба была более связана с Молдавским княжеством.

Для того, чтобы в каких условиях происходило становление Бэнулеску-Бодони, необходимо совершить небольшой исторический экскурс. Трансильвания, в которой родился Григорий, входила на тот момент в состав Австрийской империи. Взявшие курс на контрреформацию и усиление позиций католицизма Габсбурги всячески поощряли политику унии католической и Румынской православной церквей. Православие было восстановлено в правах лишь в 1759 г. императрицей Мария-Терезия, после чего половина трансильванских румын, обращенных в унию, вернулась в православие.

Не легче была ситуация и в землях княжеств Молдавия и Валахия (или как их еще называют Дунайские княжества), находившихся в вассальной зависимости от Османской империи. Формально во главе каждого из княжеств находился господарь. Однако если до прихода турок он имел неограниченную власть, то после установления зависимости от Турции молдавский престол стал предметом купли-продажи. Господарский престол стали занимать представители знатных боярских родов. В княжествах фактически была установлена олигархия, так как бояре и крупные феодалы решали всё сами на совете (диване) без господаря.

После того, как молдавские и валашские князья поддержали Петра I во время прутского похода 1711 г., окончившегося неудачно, в Молдавии установился фанариотский режим. На молдавский престол по воле Оттоманской порты назначались представители нескольких кланов богатых греков из стамбульского квартала Фанар (отсюда название – фанариоты). Господари-фанариоты всячески старались насадить в Молдове греческую культуру. Началась эмиграция греков в княжества Содействие эллинизации румынского народа оказывала князьям-фа¬нариотам и греческая иерархия.

Если прежде зависимость Церкви Молдавии и Валахии от Константинопольского Патриарха была номинальной, то теперь епископами назначали греков, богослужение в городах совершалось на греческом языке и т.п. Правда, низшее духовенство продолжало оставаться национальным, но оно практически не имело возможности оказывать существенного просветительного влияния на свой народ. Вместе с крестьянством оно должно было нести все государственные повин¬ности, а также платить налоги в казну. Как отмечает Е. Скурат, «Подрывала нормальное течение церковной жизни и развивавша¬яся в стране симония. Некоторые епископы-греки, получив назначе¬ние на доходное место за деньги, старались возместить свои затраты, направляя на церковные должности всякого, кто мог внести в их казну значительную сумму денег. Гонясь за наживой, они поставили в стране такое количество священников, которое не вызывалось действительными нуждами. В результате появилось немало безмест¬ных священников, которые, наподобие наших прежних крестцовых попов, бродили по стране, предлагая свои услуги за насущный хлеб и роняя еще ниже и без того невысоко стоявший духовный сан».

Впрочем, существуют и другие оценки фанариотского правления. В частности, А.Л. Дворкин отмечает, что стремление фанариотов укрепиться в Молдавии и Валахии было связано с идеей возрождения Византийской империи. Стремление сохранить территориальную целостность Османской империи побуждало их неодобрительно смотреть на освободительное движение в Дунайских княжествах. При этом многие фанариоты высоко ценили образование. Под их влиянием была возрождена Патриаршая академия в Константинополе, академии в Бухаресте и Яссах улучшены и расширены, основаны академии в Смирне, на Хиосе, в Янине, в Загоре на Пелионской горе и в ряде других мест. В церковь стали проникать модернистские веяния. Да и многие господари-фанариоты, были вовсе не такими уж бездушными тиранами, и, несмотря на то, что были назначены на этот пост султаном.

Как отмечает А.Л. Дворкин, «Фанариоты пытались совместить несовместимое: националистические силы эллинизма с приверженностью вселенским традициям Византии и Православной Церкви. Они стремились к воссозданию Византии, Нового греческого Рима, который станет новым центром греческой цивилизации, а она, в свою очередь, распространится на весь православный мир. Дух, движущий Великой Идеей, был неовизантинизмом в соединении с острым национальным ощущением эллинизма. Но в соответствии с ведущими тенденциями мира того времени национализм взял верх над вселенскостью». Однако цена, заплаченная Константинопольским патриархатом за свое подчинение фанариотам, оказалась высокой. Прежде всего, это значило, что Церковь все больше и больше служила интересам греческого народа, а не всего Православия. И эти интересы шли вразрез с интересами как румынского боярства, так и румынского народа.

Восшествие на престол Екатерины II стало переломным в судьбе Дунайских княжеств. Российская империя активизировала балканскую политику. Находившаяся на подъеме, она обрела важный международный вес в Европе. Складывалась общность ее государственных интересов с интересами подвластных Порте народов в ослаблении Турции и в конечном итоге вытеснении ее из Европы. Все это позволило российскому правительству перейти к наступательной политике в отношении Османской империи и ее новому идеологическому обоснованию.

Общность интересов угнетенных балканских народов и России получала реальный выход в расширении и углублении всевозможных связей. Из общности интересов рождалась потребность взаимного познания и общения, помощи и поддержки. Они облегчались благодаря традициям православных контактов.

В начале 80-х гг. XVIII в. в официальных кругах России обозначились разные точки зрения на государственно-политическое развитие Балкан. «Радикальная» позиция получила выражение в так называемом «Греческом проекте» Екатерины II. Он предусматривал полное изгнание Турции из Европы и образование на Балканах независимой Греческой империи во главе с внуком императрицы великим князем Константином Павловичем и государства Дакии из Дунайских княжеств под эгидой России.

Григорию Бэнулеску-Бодони суждено было сыграть в реализации этих глобальных планов важную роль. Но пока он старательно учился, искал себя. Не удовлетворившись образованием в трансильванских школах, в 1771 г. он поступает в Киевскую Академию. Это было не таким уж редким явлением. Многие выходцы из Дунайских княжеств обучались в Киеве, в Академии, основанной молдаванином Петром Могилой (Петру Мовилэ).

Но со своей стороны и выпускники Киевской Духовной Академии внесли немалый вклад в дело православия в Молдавии и Валахии. Достаточно упоминания имен двух уроженцев Украины. Деятельность старца Паисия Величковского была связана с Свято-Духовым монастырем в Драгомирне (Буковина) и Нямецким монастырем в Молдове, его переводы трудов святых отцов с греческого на «словенский» длительное время были единственными в России. Известный книжник Михаил Стрельбицкий, поселившийся в Молдавии в середине XVIII века и проживший там около 50 лет, развернул активную издательскую деятельность, способствуя распространению как духовной так и светской литературы. Открыв в Яссах «Новую типографию» они которой печатали книги на греческом, русском, молдавском и других языках. В 1789 г. в ней был отпечатан славяно-молдавский словарь, публиковались календари и прочая переводная литература. Своими трудами они готовили почву для возрождения позиций православия в Молдавии, способствовали активизации русско-украинско-молдавских духовных связей.

Проучившись два года в Киеве в 1773 году Бэнулеску-Бодони отправляется в Грецию для изучения греческого языка, знание которого было необходимым условием для занятия какой-либо должности в Молдавии и Валахии.

В то время Дунайские княжества стали ареной боев между русской и турецкой армией. Русско-турецкая война 1768-1774 гг. и успешные действия русских войск стала катализатором движения местного населения за независимость княжеств. И хотя по Кучук-Кайнарджийскому мирному договору Молдавия и Валахия оставались под властью Турции, их положение существенно улучшилось. Россия, по сути, была признана покровительницей населения Дунайских княжеств.

Приехав в Грецию, Григорий обучался в трех школах: в Смирнской и Ватопедской (т. н. Афонская Академия) и Хиосской. Вернувшись из Греции в Трансильванию в 1776 г., Григорий преподавал в училище города Насауда, но через год он уезжает в Молдавию.

Причиной отъезда послужило, вероятно, недоброжелательное отношение к румынам на территории Австро-Венгрии. Хотя не исключено, что молодой и образованный человек искал для своих талантов более широкое применение, чем простое учительство.

В Яссах он знакомится с митрополитом Гавриилом Калимахом, ставшим его другом и покровителем. В течение двух лет Григорий преподавал латинский язык в Ясском княжеском училище. Там он подружился с ученым греком Никифором Феотоки, будущим архиепископом Славянским и Херсоно-Таврическим. К тому моменту Бэнулеску-Бодони неоднократно высказывал свое желание постричься в монахи. Это желание было поддержано Гавриилом Калимахом. В 1779 г. при помощи своего покровителя отправляется на о. Патмос продолжить обучение, но сначала Григорий едет в Константинополь с рекомендательным письмом к патриарху Софронию и там принимает постриг в Свято-Успенском монастыре с именем Гавриил.

Проучившись в Патмосской школе почти три года, монах Гавриил вынужден был уехать из-за начавшейся на острове эпидемии чумы. Вернувшись в Яссы, Гавриил занял место преподавателя греческого языка в уже знакомом ему училище и с 1 января 1781 г. в сане иеромонаха, назначен был проповедником на митрополичьей кафедре. Впрочем, в училище он прибыл недолго. Еще до его приезда разразился скандал: учитель французского языка организовал масонскую ложу, в которую входили многие ясские дворяне. О существовании масонов узнало правительство, началось расследование, учитель-француз бежал, и хотя организация перестала существовать, однако недоверие к училищу осталось.

Продолжение читайте здесь.

Адвокат